Самое древнее зло II. Надежда Мира

Как и все прочие базы такого типа, «ХСД-6-Победа» имела аэродром, на котором разместилась полусотня бомбардировщиков: треть из них всегда находилась в рейде на города Державы, а вторая треть ремонтировалась и ждала возвращения первой, чтобы тут же сменить её. Оставшаяся треть была в резерве, заменяя подбитые аэропланы.

Таким образом, совмещая дальнобойную артиллерию и бомбоносные аэропланы, Союз постоянно наносил удары по Державе, ослабляя оборону и воинский дух. Ведь танки и аэропланы Державы отставали и в качестве и в количестве.

– Нечисть поганая, – заявил Днистро, оглядывая базу, в центре которой дымили толстые трубы угольной электростанции.

Обнаружив на этой стороне Барьера Хена страну, похожую на его Енавское Княжество, Днистро сразу стал её патриотом.

Я же встал на сторону Державы по другой причине.

Оглядывая бесчисленные ряды новеньких танков, среди которых блестели раструбы струнодзвонов, я снова задумался, как сложилась бы моя судьба, если бы я попал в подчинение халидейцев, а не державников?

Ведь Халидейский Союз не использовал магов на войне.

Енавская Держава отправляла своих одарённых магией граждан на фронт, сформировав Магическую Дружину, а вот что делал Союз со своими магами – загадка.

– Командир, – зашептал Днистро, – а ты вообще колдовал над таким огромным укреплением? Тут же тыщща танков и еропланов.

– Нет, – признался я. – Эта первая операция такого масштаба.

– Не обосрёшси? – поинтересовался разведчик с расцарапанным лицом. Этот кретин решил, что раз мы пообщались об изнасилованных женщинах, то он уже может обращаться ко мне как к равному.

Не оборачиваясь, я щелчком пальцев отбросил разведчика на несколько метров назад.

Тот сдавленно заохал. Чтобы не выдать наше положение криком, он со скрежетом сжал зубы и простонал:

– За что, командир?

– Следи за языком, – пояснил ему Днистро.

– Понял и прошу простить.

– Заткнитесь все, – приказал я. – Пора начинать.

Разведчики отползли от меня на несколько метров, как положено по уставу. А Днистро, на правах моего старого знакомого, которым он себя воображал, остался. Ещё и панибратски заявил:

– Давай, Надежда Мира, покажи им, как играют на струнах.