Самое древнее зло II. Надежда Мира

 – Он же Надежда Мира.

3

Когда я вышел из умывальни, в спальне меня ждал слуга, держа на вытянутых руках разглаженный парадный костюм: пиджак, похожий на урезанный фрак и узкие брюки с подворотами, которые придавали им вид хипстерских джинс, несколько лет назад такие носили все модники моего мира.

Великая госпожа Мэрисса Н’рия уже переоделась в длинное белое платье с патриотическими красными узорами, похожими на белорусские. Тёмные волосы заплетены в косу и собраны в кольцо на голове.

Она сидела в кресле, выпрямив ровно спину, изогнув стан, подчёркивая его соблазнительное совершенство.

Я взял вешалку с одеждой у слуги и выпроводил его. Ненавидел одеваться при помощи слуг.

– Судя по нашим нарядам, ждём на завтрак гостей из Воеводства? – спросил я, протискиваясь в узенькие брючки.

– Да.

– А судя по запаху жареного мяса на завтрак, будет сам воевода Назждва?

– Да.

– Опять будет награждать меня медалями?

– Скорее всего.

– Ты же знаешь, что я уважаю Енавскую Державу не больше Халидейского Союза. И медалей не прошу.

– Знаю, – сдула с ногтей серебряную пыль Мэрисса. – И меня это сильно ранит. Как можно сравнивать мою честную Родину и гадкое гнездо недобитых чудовищ из Союза?

– О, поверь мне, можно.

Оторвавшись от созерцания полированных бугров серебра на ногтях, Мэрисса подняла на меня взор чёрных глаз и захлопала густыми ресницами:

– Умоляю, на этот раз придержи мнение при себе? Ты, конечно, Надежда Мира и всё такое, но за хулу на Державу сошлют в Срамные Луга даже тебя.

Глядя на эту красавицу с фигурой молодой инструкторши по аэробике, сложно поверить, что недавно она, облачённая в старинные доспехи семьи, ползала по грязному лесу, скрываясь от вражеских разведчиков и магоборцев. При этом тащила на себе тяжёлое копьё Матери-Кочевницы и сундук сменных кристаллов для его наконечников.

А потом эта прелестница сбила несколько боевых аэропланов, рискуя оказаться под огнём артиллерии противника.

Отбросив рубашку, я порывисто подошёл к Мэриссе и взял за подбородок. Помня о том, что я ненавидел местную косметику, она использовала для покраски губ лишь незначительное количество красного сока ягод.

Стерев большим пальцем краску с её губ, я наклонился и поцеловал их. Горький сок всё равно попал мне в рот.