Самое древнее зло II. Надежда Мира

Стану пускающим слюни и что-то безумно лопочущим идиотом, в которых превращались внеклассовые рукотворцы, не выдержавшие симфонии струн.

Напихав в моего будущего воина все пришедшие на ум цепочки заклинаний, я наконец-то сделал последний рывок и дал ему имя – Яростный Гигант.

У меня уже не было сил придумывать что-то поумнее.

Глаза я открывал медленно, настолько ослаб, но плачущий возглас разведчика красноречиво описал то, что я должен увидеть:

– Итить твоего Хена! Енеля Истинный, спаси и сохрани!

2

Оглядывая своё творение, я понял, что всё-таки напортачил.

Телескопические стволы орудий торчали вертикально, как заводские трубы. Их опоясывали кольца танковых деталей и пропеллеров от аэропланов. Кое-где крутились непонятные шарниры и шестерёнки, соединённые гусеницами, а большие крылья от бомбардировщиков придавали творению ещё больше бессмысленности.

Такую херню я видел на выставках современного искусства.

Всё это будто случайное нагромождение индустриальных объектов подсвечивалось многочисленными прожекторами и фарами, добавляя сходства с экспонатом галереи.

Единственно, что было устрашающим в Яростном Гиганте – это размеры. Настоящая гора, вершина которой пропала бы в ночной тьме, если бы не была украшена ожерельем из прожекторов.

Да, масштаб производил впечатление, но воевать эта груда запчастей навряд ли могла. Не так я представлял результат своего самого мощного магического усилия…

По крайней мере, эта неудача отвлечёт врагов, позволив нам и нашим разведгруппам отступить.

Я попытался подняться, но не смог. Но тут уже подоспел Днистро со складными носилками. Порядок работы разведчиков подразумевал, что боевые маги могут так ослабеть, что их нужно выносить из зоны боевых действий на собственно горбу.

– Простите… – пробормотал я. – У меня не хватило сил.

– Знатно обосрамшись, – согласился второй разведчик.

– Зато он большой получился, – успокоил меня Днистро.

Тут воздух задрожал от грохота. Железный скрип вдарил нам по ушам, оглушая.

Разведчик упал на колени и начал неистово молиться Енеле Истинному. А Днистро прикрыл лицо рукавом от поднявшегося ветра, полного бетонной и металлической пыли.

Я догадывался, что это рушился мой Яростный Гигант, мой неудачный конструкт, при создании которого я так опозорился.

Но всё же повернул голову, чтобы убедиться в этом.