Самое древнее зло I. Брянский фоллстрайк

Я была того же мнения, но… если Аделла Лью что-то предложила, то Бленда Роули обязательно будет против:

– Мы не можем оставить всё как есть.

– Согласен с Блендой, – сказал Хадонк.

Его споггель виновато сидел на плече, приняв форму задумавшегося человечка. Передавал чувство вины хозяина, что всё произошло не так, как обещал.

– М-м, вы как хотите, но я с Аделлой. До свидания.

Слюбор решительно пошёл прочь. Отойдя на несколько шагов, радостно потряс рукой со стирометром:

– Ноль-ноль четыре!

Этого было достаточно для Аделлы, чтобы броситься вслед за ним.

– М-м, ноль-ноль-девять… Вы ещё раздумываете?

Я и Хадонк переглянулись. Споггель, поддерживая невысказанное решение хозяина, поворачивал условную голову то в сторону ушедших товарищей, то в мою.

– Мы не можем оставить беспорядок, – жёстко сказала я. – Давай хотя бы иллюзию вернём на место…

– Ноль-тринадцать, – донеслось издалека.

– Помнишь, Хадонк, клятву при поступлении в Академию Химмельблю?

– Мы обязуемся использовать свою силу только во вред врагов нашего Гувернюра или во благо любого, кому нужна наша помощь, если он не враг Гувернюра.

– Ты же понимаешь, если правда о лживом Первомаге выйдет наружу, начнётся хаос? Люди перестанут верить в прошлое. Снова начнётся борьба за то, чья религия вернее, чья философия точнее, чья магия сильнее? Мир снова расколется на враждующие страны…

– Будто сейчас все дружат, – буркнул Хадонк.

– Но сейчас хотя бы нет мировой войны.

Хадонк потёр переносицу, усмехаясь:

– Вот уж не думал, что ты увлекаешься политикой. Как говорят у меня на родине, в Драйденских Землях, «тот, кто беспокоится о многих, беспокоится и о себе».

– М-м, – раздалось неподалёку от нас. – Всё без толку. Выхода нет.

Аделла и Слюбор вернулись к нам:

– Окружены, м-м, барьером неизвестной природы.

– В нескольких шагах от статуи непроницаемая стена, – выдохнула Аделла Лью.

– Ты видела Барьер Хена? – удивился Слюбор.

– В детстве ездили с отцом в Енавское Княжество. Специально ходили посмотреть на Барьер.

– Теперь у нас точно нет выхода, – объявила я. – Будем чинить, что сломали. Если преграда не пропадёт, будем ждать, когда нас найдут наставники и спасут.