Падение летающего города 3. Путь высшего

Оказалось, что внутри славных родов тоже были свои деления на тех, кто «стоял в начале Пути рода» и тех, кто «присоединился в Пути». Маур отчаянно пытался доказать, что он тоже настоящий Ронгоа, и копировал поведение Реоа. Даже говорил как она, выкрикивая: «У меня есть ответ!»

Но он был хорошим целителем, и ценным приобретением для отряда. У него имелся хороший набор усвоенных озарений, которых не было у Реоа. Кроме того, у него недавно было хорошее благоволение, на котором Создатели одарили его сразу двумя очень долгими озарениями.

В отличие от Реоа, Маур не владел оружием или боевыми озарениями, и не собирался. В военный отряд он пошёл для практики, хотел набраться опыта в лечении.

Кажется, не только у меня проявился исследовательский зуд. Прозрачная фигура Неронга отошла от нас, задирая подол прозрачной туники:

– А вот если я помочусь, моя моча тоже станет видимой?

– Её ещё и дикие нюхачи обнаружат, – ответил Хаки.

– В царстве Ач-Чи нет нюхачей, – напомнила Софейя.

– Всё равно, – заупрямился Хаки. – Запахи испражнений могут выдать нас. Неронг, я запрещаю тебе мочиться.

– Но я давно хочу…

– Настоящий воин удерживает в себе нечистоты ровно столько, сколько ему прикажет самый старший, – повторил Хаки «туалетное наставление» Илиина. – Вернись сюда.

Неронг опустил подол и вернулся.

– Готовы? – спросил Хаки. – Идём тихо и не болтаем. Нам нужно пройти незаметно.

– Нас тут семеро воинов, – буркнул Неронг. – А боимся трёх гряземесов.

– Не боимся, а избегаем, – поправил я. – Всё, все затыкаемся и идём за самым старшим.

? ? ?

Мы двинулись сквозь заросли, обходя дерево с шалашом часовых. Вообще, часовые на дереве следили не за землёй, а за небом – высматривали наши акрабы. Но Илиин предупредил, что вокруг каждого поста часовых бродили по лесу отряды низких. Их мы и старались избежать.

Шагать, не видя толком своего тела, оказалось непривычно, будто я учился заново ходить. Я не знал, туда ли ставлю ногу? А когда трава проминалась под весом моей почти невидимой ноги, начинала кружиться голова.

Мне даже почудилось, что я очутился в комнате благоволений храма, где я снова превратился в пустое место, сквозь которое пролетали грани.

– Проще прокрасться без всякой незаметности, – прошептал Неронг.

И я с ним согласился.

– Это по первому разу непривычно, – ободрил нас Маур.

– А ты откуда знаешь? – спросил Тону Тангата.