Чёрная волна

Он нёс какую-то муть про Платформу какую-то…

– «Плат-а-Форма», искажённое произношение на древнем языке, – вставил переводчик Дэвид Робертс и стыдливо замолк, ковыряясь в носу.

– Про огненный шнур какой-то вещал, – продолжила Жизель. Про всемирную воронку. Сказки дурацкие. По существу мы про мировоззрение дикарей ничего не узнали.

– В крови старика нашли много химикатов, наркотики какие-то, – сказал один помощник. – Вообще на островах десятки растений, каждое из них пригодно для создания галлюциногенов.

Просто клад какой-то… Куда там нашей пудре…

– Изучим молодого представителя дикарей, прежде чем начнём высадку, – подвела Жизель итог совещания. – Карл, прости, но тебе снова за работу. Подними парня на борт.

– А не проще ли выслать эликоптер? – вмешался Матис Галин.

– Не проще. Я сама решаю, какой уровень взаимодействия с местными жителями будет безопасным.

– Ну-ну, решай, решай, – усмехнулся Матис Галин.

НОВЫЕ ВРАГИ

Хавьер потерял счёт оборотам солнца, отмечая своё пребывание во чреве веспы-матки.

Да и само солнце видел редко – только через «ил-лю-ми-на-тор».

Люди-из-Веспы пытались научить его цифрам, но с ними были самые главные трудности. Хавьер не понимал, почему одна закорючка означала пять пальцев, а другая – один. Одна, круглая, вообще не означала ничего, но в соседстве с закорючкой «один палец» составляла сразу десять.

– Зачем сложности? – удивился Хавьер. – Один палец нужно изображать одним пальцем, то есть одной чертой.

Два пальца – двумя. Три – тремя.

– А десять пальцев – десять чёрточек? – спросила Жизель через переводчика слов. – А двадцать?

Хавьер сложил руки крест-накрест на груди и повторил движение:

– Это двадцать. – Повторил в третий раз. – И тридцать.

– Ну, ладно, а тысячу, а сто тысяч?

Хавьер вопросительно посмотрел на Дэвида Робертса:

– Что такое «сто тысяч»?

Тот пожал плечами:

– Не знаю.

Хавьер недоумевал, почему Люди-из-Веспы вообще оказались наивными, как дети.

Они ничего не знали о мире. Они не знали, что мир состоял из множества островов, которые Плат-а-Форм связал огненной бечевой, чтобы не разбежались в разные стороны во время бега в воронку, которая крутилась в центре Бесконечного Осеано. Ведь это знал любой ребёнок в любой деревне.

Хавьер очень старался рассказать, что Бесконечный Осеано выливался в воронку. Когда настанет конец его водам, тогда и будет конец времён.

Но ему ещё не хватало слов.