Чёрная волна

– Из этого кабинета будет только один выход, – пафосно заявил Иван пресс-службе Жандармерии, – навстречу людям!

Предыдущий шеф-капитан славился своей ленью. Иван Лавинь – был полон желания сделать Жандармерию образцовым заведением.

Иван не стал таким коррупционером, каким был прежний шеф-капитан. Он его превзошёл. При этом всё равно умудрился сохранить видимость того, что Жандармерия отныне не закрытое учреждение, а прозрачная инновационная организация, которая по-настоящему заботилась о гражданах.

Иван Лавинь запер ящик стола, чтобы уборщица лишний раз не болтала подругам, что сам шеф-капитан Жандармерии нюхает нелегальную чёрную пудру.

– Мой капитан… – через интерфон в тихий кабинет влился шум приёмной. – К вам посетитель…

– Никого не принимаю, слышишь?

– Он настаивает.

– Пусть настаивает в другой день.

Дверь распахнулась, на пороге появился невысокий худощавый мужчина. Одетый во всё тёмное, в чёрном свитере с высоким горлом, что выглядело неестественно, учитывая жару.

– У него корочка Имперской Канцелярии, – успел выкрикнуть Константин.

При виде гостя Иван Лавинь отступил на несколько шагов к столу и опёрся рукой:

– Мерси, Костя, разберусь.

Не спуская взгляда с посетителя, Иван нащупал кнопку и полностью отключил интерфон.

Посетитель зловеще улыбнулся. Закрыл дверь на замок и неспешно пошёл к шеф-капитану:

– Узнал, салага?

– Недавно вспоминали тебя, Жан-Люк.

Иван Лавинь совладал с собой.

Пригласил посетителя сесть в кресло напротив стола. Жан-Люк пригладил остатки волос, как бы показывая, что у него хотя бы такие волосы, но есть. Опустился в кресло и жестом пригласил шеф-капитана сесть в своё кресло, словно он являлся хозяином кабинета.

Чтобы не повиноваться его жесту, Иван отошёл к холодильнику и взял бутылку оранжины, хотя пить не хотелось.

– И давно ты игнорируешь звонки из Имперской Канцелярии? – Осведомился Жан-Люк.

– И давно ты в Канцелярии? Вроде бы тебя позорно выгнали из Эскадрона Клода.

– Пэвэкашки и солдафоны давно не мой масштаб.

Жан-Люк сказал это с пренебрежением, но Иван Лавинь допросил много людей в этом кресле. Сиживали в нём и невозмутимые агенты Имперской Канцелярии. Иван сразу отметил, что Жан-Люку не понравилась осведомлённость шеф-капитана.