Наказ атамана

Звон в ушах и ощущение катастрофичной непоправимости возможно совершенной ошибки – вот всё, что он мог сейчас чувствовать.

– Сударь, так что вы решили? – наконец сознание восприняло озадаченный голос.

– Да, извините, нервы… – надо было доводить до конца то, за чем он сюда пришёл, и Туманов остановил взгляд на оценщике, отчего тот поёжился, – И какая окончательная цена?

– Двести пятьдесят, сударь. С учётом инфляции весьма хорошая сумма. Вы какими желаете получить?

– Я оставлю этот медальон вам лично, как презент, если вы окажете мне небольшую любезность.

– Неожиданно, право… – оценщик действительно был слегка озадачен, но глаз с медальона уже не спускал. – Чем я могу быть полезен?

Туманов аккуратно вынул из кармана глянцевую карточку, на которой ещё с вечера сделал рисунок кулона, бывшего на матери в момент гибели. Рисовал он его долго и тщательно, несколько раз переделывая и добавляя подробности, которые прекрасно знал с детства, и вчера вспоминал, придавая рисунку максимальное сходство с утраченным оригиналом.

– Прошу вас, взгляните, – он положил рисунок рядом с медальоном, – это алмазный кулон супруги, утерянный ею прошлой осенью. Алмаз необычной, жёлтой расцветки. Может быть вам доводилось его видеть, среди сданного в ломбард?

Оценщик взглянул на рисунок всего лишь раз, и не раздумывая потряс бородкой:

– Да, приметная вещица, в нашем ломбарде закладывалась не единожды.

– Кем выкупалась? Как давно?

Тут оценщик несколько замешкался, словно размышляя, а не наговорил ли он лишнего? Наконец собрался с мыслями и решительно заявил:

– Покорнейше прошу меня извинить, милостивый государь, но наше заведение не даёт информацию о своих клиентах третьим лицам. Запрещено-с. Всё, что могу вам сообщить – последний раз была в закладе месяц назад.

– Что ж, понимаю. Медальон ваш, как и договаривались.

С этими словами он протянул оценщику визитную карточку гостиницы, с номером в котором остановился, и попрощавшись вышел.

Далеко уходить не стал, а занял неприметную наблюдательную позицию, несколько в стороне от входа, анализируя свой визит в ломбард, который оказался чрезвычайно информативным.