Аниськин и шантажист

А воспитанные существа отвечают на приветствие, даже если они облечены в шкуру козла.

– Лапу? – озадаченно переспросил Кирилл, – скажешь тоже.

– Попробуй еще раз.

– Здрасти, – с неверием в голосе попробовал Кирилл.

Мухтар так же резво взбрыкнул копытцем, пытаясь попасть в руку Кирилла. Кирилл неуверено покачал козлиную лапу и с недоумением посмотрел в глаза брата:

– Ты меня разыгрываешь?

– Отчего ты взял?

– Такого просто не может быть. Здесь какой-то фокус, мистификация.

– Мухтар, лежать, – вместо ответа скомандовал Костя.

Козел послушно лег, поджав под себя передние лапы и равнодушно отвернув в сторону голову с тяжелыми рогами.

– Мухтар, встать!

Козел глубоко вздохнул, с укором взглянул на хозяина и неохотно встал.

– Ко мне, Мухтар.

Козел подошел к хозяину и ткнулся ему в ладонь влажным прохладным носом.

– Мухтар, след, – совсем зарвался Костя.

Козел поднял на него свои полные вековой мудрости глаза, немного погипнотизировал хозяина взглядом, потом повернулся спиной и отошел в дальний угол забора.

– След, Мухтар, – топнул ногой Комаров.

– Оставь животное в покое, – получил неожиданную поддержку Кирилла Мухтар, – лучше научись конкретнее выражать свои требования. Какой след? Ты даже на запах его не сориентировал.

Кирилл аплодировал. Костя торжествовал. И только Мухтар был недоволен. Одно дело – когда приходится изображать из себя собачку ради дела. Совсем другое – когда ради удовлетворения самолюбия хозяина. Совсем другое. Мухтар – не пустоголовая дрессированная собачка.

Он – напарник. Чтобы хозяин не забывал об этом, козел лениво, но с достоинством подошел к почтовому ящику, подцепил рогами крышку и достал мягкими послушными губами районную газету «Труженика мирный труд» и белый, немного помятый конверт. Медленно, с достоинством приблизился Мухтар к хозяину, и нарочито равнодушно глядя вбок, протянул ему почту.

– Кажется, тебе письмо, – констатировал Кирилл.

«Плоха работаете, товарищи милицанеры», – начиналось письмо уже известной Косте фразой.

– Опять! – поморщился Комаров.

– Что такое? – подошел поближе Кирилл.

– Понимаешь, в чем-то ты прав. Я имею в виду те минусы, которые мешают работе участкового инспектора. Вот например, анонимки. С одной стороны, я имею право не реагировать на анонимные заявления. С другой, чисто по-человечески, не могу не обращать на них внимания. Девяносто процентов анонимок – просто мелкая месть подруге или плод зависти к более удачливому соседу.