Темная дорожка

Думаешь, легко было остановить войну? Не переживай, все это для их же блага. Кстати, ты теперь соучастник.

– Мне плевать, – сказал Кларенс и сунул коробку с «убедителем» под койку. – Я несу ответственность только перед собственной совестью. Любые запрещенные исследования лучше полного уничтожения всего живого. Пусть и санкционированного Ученым советом. Кстати, почему бы вам не попробовать меня обработать вашим «убедителем»? Я стал бы покладистым и не задавал бы вопросов.

– «Бы», «бы»… – передразнил ученый.

 – История не терпит сослагательного наклонения. У керианцев совсем другие альфа- и дельта-ритмы. Они с трудом поддаются расшифровке. Вы же не люди… то есть, люди, конечно, в смысле, разумные и даже двуногие прямоходящие, просто другие… И не надо меня ловить на слове!

Профессор печально поглядел на ехидно сияющего Кларенса, поставил пустую чашку на столик, вытер ладонью рот и продолжил:

– Кроме изделия ты повезешь груз – два универсальных регенератора-синтезатора. За доставку ты получишь местные деньги – довольно приличную сумму.

Не отказывайся, вдруг пригодятся?

Кларенс тут же, без паузы, выдал «гениальную» идею:

– Можно было бы сгенерировать валюту. Купюры обычно нумеруют, но с монетами никаких проблем не будет.

– Только без самодеятельности! Мы не хотим обрушить хрупкую экономику планеты. Перестройка общественных отношений на безденежный формат продлится десятилетия. А может, и века.

– Когда вылетать?

– Через пару часов после моего визита.

Никто не должен связать одно с другим.

Как только автоматы закончили погрузку, Кларенс поднял машину в небо и вывел ее в точку равных энергий. На центральном дисплее прыгнули вверх индикаторные полосы. Звездолет, презрев теорию относительности, провалился в гиперпространство.

Глава 2. Космопорт

Флегетон – медвежий угол даже по сравнению с планетой-полигоном. В таких местах можно отступать от строгих правил и инструкций. Но едва Кларенс отклонился от курса, свернув к темной выщербине в центре зеленого континента, строгий голос диспетчера заставил его вернуться на траекторию.

Зачем такие сложности? Кроме крейсера наблюдателей «Тикондерога», да транспорта «Бегемот» на орбите никого нет. И космопорт на побережье восточного материка единственный на всю планету.

Серое пятно посадочной площадки росло на глазах. Звездолет рухнул вниз, и автоматика, погасив в последний миг вертикальную скорость, припечатала опоры к бетону.