Путь с войны

Какое уж тут веселье? Но Тарас все равно задорно вещал:

– А пополнение у нас, каково?! Ты глянь: сибирские охотники. Стрелки! Раз! И белку в глаз! Бардин, ты бьешь белку в глаз?

Ырысту утвердительно покашлял. Он, чтобы не видеть унылых лиц товарищей, читал обрывок недавнего номера армейской газеты как раз на словах «…приветствую войска 9-й и 56-й армий во главе с генералами Харитоновым и Ремизовым, водрузившие над Ростовым славное советское знамя. И. Сталин». Вон оно как, подумалось Ырысту. Приветствует он.

– Как ты там буквы еще видишь? Темно же, – сказал Тарас.

– Ростов отбили, – сообщил Ырысту, разрывая газету на аккуратные прямоугольники.

– То известно. Ростов… Ты знаешь что? Ты скажи вон хлопцам про своё марево. А вы знаете, шо Бардин страшный чаклун, – обратился Тарас к бойцам. – Говорит тут мне… а не важно… Бардин настоящий ойротский шаман. Будущее видит.

– Чепуха, – сказал Коновалов, тщедушный остроносый ополченец с нервным тиком на оба глаза. – Антинаучный бред.

– Ага, – согласился Ырысту.

– Скрываешься? – усмехнулся Тарас.

– Неа, – сказал Ырысту, протягивая ему газетные листочки для махорки.

Напрасно раскрылся Тарасу, рассказал об этой своей особенности. Хилюк и секрет – это как решето и вода. Ради красного словца он, как говорится, не пожалеет никого. Никаким шаманом Бардин Ырысту, конечно, не был. Бардин Чинат, дед его, он камлал. А у Ырысту просто случались прозрения, уволакивающие провалы в будущее. И чаще это происходило непроизвольно, без всякого его желания.

– Точно говорю, колдун, – убежденно сказал Тарас. – Провидец.

– И чего он увидел? – заинтересовался один из бойцов.

– Я сразу понял, с Бардиным что-то не так, – сказал другой, отрывая льдинки с рукава.

– А еще комсомольцы! – злобно бросил Коновалов.

У печки – буржуйки лежали сосновые сучки, от которых медленно поднималась тонкая струйка сизого пара. Ырысту закрыл глаза, опустил лицо в воротник полушубка. Тарас оживленно болтал, и в блиндаже становилось как-то спокойнее, уютнее.

– Бардина я завсегда уважаю, як снайпера. Шо есть, то есть. Но такая штука: чаклунство – тут я не знаю. Он тогда на Ероху, посмотрел, говорит – нет его в завтрашнем дне. А Ероху через час убили.