Клювы

– А в чем ты?

– В футболке. По-прежнему.

– Ты не надела трусики?

– Нет.

– Грязная девчонка. – Он открыл двери и вышел из дома. – На улице отличная погода. Луна, как в том фильме про оборотней. С Лоном Чейни-младшим.

– «Сумерки»?

– Ага. Почти.

– Что еще видишь?

– Штакетник, который нужно покрасить, качели, поливной шланг, песочницу… Твою мать!

– Что?! – встрепенулся голос Олеси.

– Соседский кот нагадил в нашу песочницу!

– Я говорила, что я тебя ненавижу?

– Десять минут назад. Кстати, мой любимый мангал на месте.

– Вот и чудесно. Возвращайся в дом. И трахни меня как следует.

– Боже! – Антон довольно ухмыльнулся. – Я лечу к тебе!

Он сунул телефон в карман и в этот момент краем глаза заметил какое-то движение. Резко развернувшись, он увидел темную фигуру, сворачивающую за угол.

«А вот и наш воришка», – хмуро подумал Антон.

Шурша тапочками, он последовал за незваным гостем. Задний двор представлял собой широкий участок, выложенный серой плиткой. Обычно Журавлевы загорали здесь, или перебрасывались мячом, или устраивали пикники с друзьями.

Луна осветила человека, стоящего спиной к хозяину дома, лицом к увитому виноградником забору.

Пальцы Антона сжались в кулак. Сердце застучало сильнее.

– Эй! – приглушенно окликнул он гостя.

Человек – мужчина – не сдвинулся с места.

Антон нервно покрутил шеей.

Бродяга или грабитель давно перепрыгнул бы через забор и дал деру, но ночной визитер стоял как истукан, не реагируя на появление законного домовладельца.

– Эй ты!

Промелькнула мысль – вернуться в дом и вызвать полицию, но тут луна скинула с себя последние клочки облаков, оголилась, и Антон отчетливо разглядел гостя.

Средний рост, плотное телосложение, всклокоченная копна иссиня-черных волос. Темная футболка, ниже – семейные трусы, еще ниже – высокие, до середины голени, носки. Ни брюк, ни обуви.

– Дима?.. – озадаченно спросил Антон.

Дмитрий Суханов был ближайшим соседом Журавлевых. Всегда улыбчивый и радушный, он работал в глянцевом журнале и делал ежемесячные пожертвования умственно отсталым детям.

Сам он детей не имел, находился в разводе и холостяковал в большом двухэтажном особняке. Впрочем, от одиночества тридцативосьмилетний Суханов не страдал: Журавлевы давно потеряли счет подружкам, которых водил к себе любвеобильный сосед.

– У Суханова новая пассия! – сообщала Олеся за ужином.

– Блондинка?

– Не-а! Рыжая.

– Черт! – Антон нехотя отдавал жене сотенную купюру.