Сага о Хельги

Они пристали к берегу и, оставив Асгрима Сакса, что еще не оправился от раны в ногу, охранять корабль, отправились в палаты конунга свеев проверить, насколько велико его гостеприимство.

У ворот усадьбы стояли несколько воинов, которые, завидев их, вытащили мечи. Но Гудбранд назвал себя и велел сказать о себе Эйрику сыну Хакона, ибо они его люди. И по тому, как быстро к ним вышел ярл, ясно стало, что гости они здесь желанные. Эйрик обнял Гудбранда и Кетиля и был радушен с остальными. Потом он велел, чтобы их отвели в баню и осмотрели раны.

А сам увел с собой Гудбранда и долго его расспрашивал наедине. Затем их всех позвали пировать в палаты молодого конунга свеев Олафа.

Узнав, что скоро он будет пировать за столами с ярлом и конунгом, Хельги сказал, что хотя после всего, что случилось за последние недели, он уже начал привыкать к тому, что у норн нить его судьбы на веретене не намотана прямо, а мечется из стороны в сторону, однако его беспокоит, как он будет выглядеть среди всех этих могучих правителей.

Кетиль сказал, что такую возможность нельзя упустить и Хельги должен сочинить драпу. На это Хельги отвечал, что драпа давно у него в голове, и единственное, чего он боится, это то, что в присутствии столь знатных людей его подведет собственный язык.

На это Кетиль ответил, что на пиру и вправду будут люди знатные, но что для него теперь это должно войти в привычку, так как не прошло и трех недель, как он видел конунга Олафа Трюггвасона. И если так пойдет, то вскоре он познакомится и с конунгом Свейном Вилобородым.

На это Хельги ответил, что гораздо больше его смущают скальды ярла Эйрика и что Торд Колбейнсон может сочинить драпу много лучше его, так что опасается он вызвать насмешки. На это Кетиль сказал ему так:

– Это Хельги сын Торбранда был на борту корабля Гудбранда Белого, когда тот сражался против людей Олафа сына Трюггви. Это Хельги сын Торбранда принял на щит копье Гамли, брата Ульфа Черного. И никто, даже Торд Колбейнсон, не посмеет насмехаться над ним, когда он будет рассказывать о том, как это было.

И он был прав. На пиру всем, естественно, хотелось услышать о событиях, выпавших на долю Гудбранда и его людей. Но Гудбранд подмигнул Хельги и сказал, что им повезло и среди них есть скальд, который и расскажет о том, что с ними случилось.

Хельги встал и начал произносить свои висы. И все, даже ярл и конунг, сидели и молча слушали, только время от времени разражаясь одобрительными криками.