Падение Храма Соломонова

Тит сразу сказал, что надо заехать к нему на виллу за вещами, и они отправились на Авентин. Путь был долгим и медленным, но они, наконец, добрались до цели.

Флавий зашел в атрий, где велел рабам вынести и загрузить его и Марка сундуки. Затем повернулся к отцу и брату, которые вышли за ним, и сказал:

– Что же, пришло время! Прощай, отец, надеюсь тебя увидеть через год, береги себя и будь осторожен во дворце. Если произойдет что-то важное, сразу высылай ко мне в Иерусалим гонца, и я по возможности отреагирую.

Не переживай ты так, я уже покидал Рим, и не раз, ты что, забыл?

Веспасиан обнял сына:

– Нет, не забыл, береги себя! Ты тоже в случае чего оповещай нас обо всем важном.

Отпустив отца, он повернулся к брату:

– Жаль, что я не буду присутствовать на церемонии по достижении твоей зрелости! Если бы ты родился не 24 октября, а 24 апреля, я бы успел, – старший брат заулыбался и потрепал младшего по волосам.

Домициан ничего не сказал, и непонятно было, что он чувствовал в этот момент, не то радость, не то печаль, временами его не мог понять даже отец.

Тит, попрощавшись и выходя, еще раз оглянулся на своих родных, грустно смотревших на него. Запрыгнув в карруку, он увидел уже сидящего там Марка и пять своих рабов, и они тронулись в путь. Кучер громко оповестил:

– Как выедем из Рима, до Остии останется сто тридцать пять стадий, так что можете немного вздремнуть!

Спать никто не мог, все смотрели на забитый людьми город, который так не хотелось покидать. Каждый стремился попасть сюда, а Флавий сам, без принуждения, его покидает, город, где он родился, вырос и окреп как личность.

«А стоило мне захотеть, и я сейчас был бы префектом вместо Тигеллина или Нимфидия, но нет, я выбрал трудный, тернистый путь, который неизвестно как закончится. Но жизнь интересна своей непредсказуемостью. Может, я умру, а может, действительно стану императором. Ведь не зря мне это жрец предсказал, вряд ли обманул, он слов на ветер не бросает, но и ошибки у жрецов бывают».

Путники подъезжали к Тройным воротам. Тит смотрел на закат солнца, и у него внезапно мелькнула необычная мысль, что он не скоро вернется сюда, а когда вернется, это будет другой Рим, спокойный и всем довольный город без тирана, новый город!

Миновав городскую стражу и выехав за ворота, они постепенно начали отдаляться по Остийской дороге от столицы мира, гигантский город становился все меньше и меньше, исчезая в сумраке, пока вообще перестал быть виден.