Падение Храма Соломонова

А тебя ждет должность квестора[54 - Квестор – низший по рангу магистрат, ответственный за финансы и казну провинции либо города.] в царстве, послы которого только что вышли перед тобой. Ты же знаешь, тот, кто был квестором, затем становится сенатором, насколько мне известно, ты давно об этом мечтаешь! Вот видишь, я уже увидел в твоих глазах блеск, который так люблю, – Нерон повернулся к Тигеллину: – Иди с Титом и возьми двадцать преторианцев, больше не надо. Вы же не на войну, в конце концов, идете! – и он рассмеялся.

Когда Флавий с Офонием вышли из зала, первый спросил:

– Скажи, послы какого царства вышли передо мной?

– Дикого племени! Будешь квестором дикого племени, а ты, видать, думал, что тебя отправят в Африку, как твоего отца? – и он начал так смеяться, что его наверняка слышали во всем дворце.

– Слушай, в отличие от тебя, Гелий просто подарок богов, я теперь начинаю его очень ценить.

– Гелий такой же неудачник, как и ты. Благодарите Нерона, что вы еще живы, будь моя воля, вас обоих встречал бы сейчас Плутон!

– Я удивляюсь, как это император тебя терпит? И зачем он со мной послал тебя, ты же при любом удобном случае если и не убьешь меня, то все переврешь или подставишь!

– Да брось! Ты мне так нужен, как карфагенянам снег.

Пока собрали преторианцев, пока Тигеллин переоделся и пока дошли до виллы Флавиев, наступила ночь.

– Вы на улице постойте, пока я переоденусь. Я не знаю, но, может, гости еще не ушли, сегодня обед в память о матери, а вы их можете напугать.

– Ты что? – удивился Офоний. – Как ты это себе представляешь, двадцать преторианцев стоят перед твоей виллой и ждут чего-то? Что подумают бедные наши граждане?

– Только не надо рассказывать, как ты заботишься о римлянах! Как арестовывать всех подряд, а некоторых публично и убивать, так это ты первый, а как постоять немного… Ладно, заходите, только пройдите в перистиль, не надо толпиться в атрии.

Когда все преторианцы направились в указанное место, рабы виллы ужаснулись, так как подумали, что происходит арест всех живущих здесь, но, увидев Тита, который не выглядел арестованным, успокоились.

– Гости уже ушли или нет? А где отец? – спросил Тит юношу раба, стоявшего ближе всех к нему.

– Все разошлись, господин.