Судьбы перепутья. Роман в шести частях с эпилогом

– И что же дальше? – наконец спросил Сатукеев, невольно привставая со стула и оглядывая остальных.

– Видимо, по указанию профессора всем надо выйти, и я буду приглашать вас по одному, – ответил Энгельгардт, наоборот, садясь и продолжая скрывать своё удивление. – А пока побудьте в гостиной, я попрошу Фаину Михайловну принести всем вам чай, – и он, развернувшись на стуле, нажал на маленькую кнопку, торчащую из стены позади его стола. Через несколько мгновений дверь открылась, и появилась домработница.

– Фаина Михайловна, проведи, пожалуйста, молодых людей во вторую гостиную и принеси им чай, – попросил Энгельгардт, после чего все, кроме него, встали и направились к двери.

Всё это происходило в каком-то церемонном молчании, лишь когда уже шли по тёмному коридору, кто-то, идущий позади всех, с негодованием сказал:

– Ну и темнота! Неужели нельзя провести здесь освещение? – на этот возглас никто ничего не ответил, лишь только через несколько мгновений программист, идущий перед Сатукеевым, неожиданно произнёс:

– Видимо, так надо, – и ему почему-то стало очень смешно от своих слов, и он негромко захихикал, но так как все остальные молчали и были слышны только шаги, этот смешок услышали все.

Наконец все вошли в светлую и просторную гостиную, в которой было много маленьких окон, а в середине стояли три дивана и журнальный столик, но больше ничего не было. Все расположились. На каждый диван сели по два человека. Пешкинский вместе со своим приятелем, имя которого пока не называлось, сел напротив Караванова и Сатукеева.

– Можем теперь и побеседовать, – произнёс Пешкинский, обращаясь ко всем сидящим. В этот раз он был очень спокоен, и даже лицо его не дрожало. – Нотариуса здесь нет, и наконец можно о чём-то поговорить, не так боязливо всем будет, – после этих слов он усмехнулся.

– А тебе было действительно страшно? – вдруг сказал Пешкинскому Коридонов, доставая из кармана свой телефон.

– Нет, думаю, вы ошибаетесь, – неестественно почтительно и как-то невпопад ответил Пешкинский. Он хотел сказать что-то ещё, но его перебил Сатукеев.

– Странным всё-таки человеком был этот профессор, – сказал он, – для чего нас всех здесь собирать, для чего писать эти списки и зачем так просто раздавать своё добро? Неужели мы что-то действительно получим?

– Думаю, да, – ответил на риторический вопрос Сатукеева приятель Пешкинского.