Мятежник

Тягаться в рукопашной схватке тоже было очень сложно, но Хейду был наемником, воспитанным Эрлом, поэтому он не мог отступить.

– Я тебя размажу, – заревел Норунг, взмахивая своими кулаками-кувалдами. Делая шаг назад, стараясь, чтобы шипы ботинок глубже вошли в лед и он смог принять более твердую стойку, Хейду приготовился к схватке.

– Тише, Норунг, – сквозь смех произнес дружинник, вставая на пути между ним и Хейду, наемник увидел перед собой развевающийся красный плащ. – Мальчишка всего лишь пошутил. Нельзя убивать ребенка только из-за того, что он не умеет держать язык за зубами.

Тем более он больше так не будет. Я прав?

Хейду хотел сказать, что он давно не ребенок, что ему исполнилось шестнадцать лет и в боях он видел противников пострашнее, но промолчал. Он понимал, что без оружия не смог бы долго противостоять в схватке с Норунгом. Хейду молча смотрел на здоровяка и не отводил взгляда. Тот, раздувая ноздри, несколько секунд крепко сжимал кулаки, что-то обдумывая, а потом фыркнул, развернулся и пошел дальше.

– Зачем ты спускаешься в Подледье? – спросил дружинник спустя несколько минут и, улыбнувшись, протянул Хейду руку. – Кстати, меня зовут Рагнар.

Хейду не хотел говорить, что идет за братом, которого, скорее всего, завербовал старый варяг Нурмир. Всем в Хоратии было известно, что Нурмир набирал наемников, с которыми намеревался отправиться служить князю мятежного острова Буян. Онней всегда отличался неукротимым нравом и отчаянными поступками. Как только ему вложили меч в руки, он готов был убить любого, кто встанет у него на пути.

Он жаждал приключений, а опасность для него была как огонек от спички, который можно было легко зажечь и так же легко, наигравшись с ними, потушить. Часто Хейду приходилось выручать брата, когда тот находил себе неприятности. Но что бы ни делал брат, какие бы поступки ни совершал, Хейду всегда его защищал и был на его стороне. Он сильно любил Оннея. И вот наемнику снова приходилось спасать брата.

– Говорят, князьям Подледья всегда нужны хорошие воины, хочу пойти к ним на службу, – Хейду пожал протянутую руку дружинника.

 – Я Хейду.

– К кому именно? – не унимался Рагнар, он внимательно слушал.

– Кто больше платит.

– Ты наемник?

– Не по рождению, я был воспитан им. Меня и Оннея, моего брата, выкупил один старый наемник, чтобы воспитать нас, обучить ратному делу и потом продавать наши услуги.

– Понятно, твой учитель – коллунг, что оставил службу, – понимающе кивнул Рагнар.