Я буду мстить. Книга 2. Каратель

 – Время идет, а я устал ждать. Выдайте мне Хана и сто лидов. И мы уходим.

– Я не знаю… – пробормотала Мира, все еще сомневалась в моем плане.

– Считаю, нужно довериться и попробовать! – заявил Порох.

Патрон выдохнул, покачал головой, но ничего не сказал. Решения принимал не он.

– Хорошо! Иди! – решилась женщина. – Но если обманешь, я лично тебя пристрелю, чего бы мне это ни стоило.

– Это лишнее, – спокойно ответил я и, перехватив «Маузер», отправился к воротам.

– Стой! – крикнул Порох через пару секунд, затем протянул мне мешок.

Я кивнул.

– Открывай! – Порох дал команду одному из стрелков.

Захрустели засовы, дверь – она же переходной мост – поднялась вверх. В проеме, метрах в сорока впереди я увидел гиганта Резвого. Тот лениво закинул «ПКМ» на плечо и бесцеремонно вертелся во все стороны, совершенно ничего не опасаясь.

– Ага, все-таки решились! – обрадовался он, перехватывая пулемет.

– Да, – громко крикнула Мира, затем переглянулась с Порохом. Начальник охраны дал команду опустить дверь.

Я закинул карабин за спину, взял мешок и неуверенно двинулся вперед, глядя на толпу вооруженных людей. В кармане болтался самострел и горсть патронов. Рюкзак остался на вышке.

Черт, о чем я думал, когда предлагал свое решение проблемы? С вышки группа мародеров выглядела менее угрожающе.

– Всем приготовиться! – я кое-как расслышал команду Пороха, обращенную ко всем стрелкам. – Ждите команды!

А я продолжал идти. Вовремя посетила мысль, что надо бы как-то подыграть… А то подозрительно выгляжу. Я резко развернулся, сделал несколько неуверенных шагов и остановился. Но тут же услышал крик Пороха, который догадался о моих намерениях.

– Иди, иди! Нам проблемы не нужны! – крикнул он и поднял ствол автомата.

Я двинулся, снова остановился, шагнул вперед.

Резвый явно расслабился. Махнул своим парням, мол, все нормально. Я очень хорошо различил, что чуть ли не половина людей Резвого опустили оружие. Отличный ход. Да я актер, блин.

Буквально затылком чувствуя, что все защитники сейчас напряжены до предела, я продолжал идти. Да, я с трудом сдерживал страх, кое-как контролировал стресс. Но сердце бешено стучало, что говорило само за себя.