Спасти ЧАЭС: 1986. Книга 6

Кричал Петров, видимо, расправился с телохранителем и теперь пытался понять, где я.

Не дурак, по следам поймет, в каком направлении я ушел – следы на снегу хорошо различимы.

– Стоять, сука! – заорал я, рывком бросившись за куратором.

Но тот и не думал останавливаться. Выл ветер, метель сильно мешала обзору, залепляя глаза. Было ощутимо холодно, но пока в крови кипел адреналин, холода можно не бояться.

Моя скорость движения, несмотря на снег и покрытую льдом крышу, все равно была выше. Но к тому моменту, когда я добрался до края, тот уже опустился вниз метров на шесть.

Сейчас мы находились на обратной стороне третьего энергоблока. Из-за сильной метели, видимость была плохой, разглядеть что-либо дальше двадцати метров было весьма проблематично. Даже нависающая над нами громада вентиляционной трубы была видна примерно на треть.

Свесившись вниз, я увидел бледную морду куратора. Здоровой рукой он держался за лестницу, а раненой пытался придерживаться, упираясь сгибом локтя в обледенелый металл.

– Куда ты собрался?! – закричал я. – Тебе не уйти!

Он не ответил, его лицо, искаженное гримасой боли и напряжения, походило на какую-то искусственную маску.

Я опустил ноги вниз, тоже начал спускаться, но так, чтобы всегда держать противника в поле зрения – мало ли что у него припасено в рукаве.

Видя, что таким образом ему не уйти, он решился на крайние меры – разжал руки и соскользнул вниз. Одной рукой не удержался и сорвался вниз, приземлившись на бок. Я услышал, как тот скрипит зубами от боли. Нужно брать его как можно скорее…

Но дальше, кое-как поднявшись на ноги и шатаясь, он двинулся ко второй лестнице. Видимо, попав на обледеневшее место, куратор вдруг поскользнулся, со всего маху ударился затылком о поручень и безмолвно полетел вниз.

– Не-ет! – вскричал я, поняв, что произошло.

Спустившись еще немного вниз и спрыгнув на крышу, я перевесился через край и увидел куратора. Тот лежал прямо на недавно расчищенном от снега асфальте, а на свежем снегу разливалась темно-красная лужа крови…

От досады я долбанул кулаком по поручню. Осторожно перебрался на лестницу, спустился вниз. Подошел к распростертому телу куратора, приложил пальцы к шее.

Тяжко вздохнул. Он был мертв.

Картина ужасная.