Спасти ЧАЭС: 1984. Книга 1

Ко мне подбежала девчонка лет десяти, тут же засыпав меня вопросами. – Что с тобой случилось? Верка сказала, ты сознание потерял, да? А Василий Степанович тебе помощь оказывал, правда?

Я стоял и хлопал глазами, ничего не понимая. – Настя, отойди, – здоровяк в веснушках ловко отогнал от меня девчонку. – Он еще в себя не пришел, а ты с вопросами накинулась. Как думаешь, человек сознание потерял… Хорошо ему будет?

– О, ну да… Ладно, дома поговорим, – потоптавшись на месте, девчонка быстро скрылась из виду.

Самочувствие быстро приходило в норму.

Я растерянно поднял голову, осмотрелся по сторонам. По огражденной территории бродили ученики разного возраста и совместными усилиями наводили порядок. Кто-то обрезал кусты, кто-то копался в клумбах с цветами. Другие носили ведра, махали метлами, гоняя пыль по сторонам. Это что, школьный субботник?

Одежда у всех тоже странная, какая-то однотипная. Типично советская. В темно-синих, коричневых и оливковых цветах. У парней синие брюки, у некоторых шорты чуть ниже колена, клетчатые рубашки с короткими рукавами.

Даже бантики были. У некоторых, что помладше, на шее красовались красные галстуки. Это что, пионеры?

Справа заметил столб. На нем увидел развевающийся на коротком флагштоке красный советский флаг. Традиционный серп и молот, который был знаком каждому.

Невольно сглотнул. Сам собой опустился на ступеньку, нагретую солнцем. Какие только мысли не лезли мне в голову.

Обратил внимание на свои ноги. Что за ерунда? Мои были поросшими волосами, толстыми.

Местами покрытые шрамами от ожогов. А тут что? Худые, кожа молодая и гладкая, волос мало и они светлые. Шорты тоже ниже колен. Сверху светлая рубашка с коротким рукавом. А обувь? Какие-то несуразные бело-синие кеды. Откуда у меня все это?

Накатил приступ страха от непонимания происходящего. Этот советский флаг, древний ГАЗ-52, красные плакаты с советскими лозунгами… И еще эта форма, как у школьников моего детства.

Мысли крутились бешеной каруселью.

Я нервно усмехнулся. Все ясно – просто в госпитале меня обкололи обезболивающими, скорее всего, на наркотической основе.

Вот меня и плющит давно минувшей советской эпохой. Надо же.

Рассеянно улыбнулся – это даже любопытно.

– Во! Улыбаешься, значит, уже лучше! – тот же здоровяк, глядя на меня с некоторой тревогой, тоже присел рядом. – На свежем воздухе еще бы. Ты как, Леха?

Второго сопровождающего кто-то позвал, и тот рванул вниз по ступенькам.

А я сидел, потирал виски и удивлялся.