Армада

Я активировал зум и понял, что эти особи крупнее той, с которой я схватился ночью.

Едва я поднял импульсную винтовку и прицелился, как все они мгновенно попрятались за камнями.

– Вот гниды! – проворчал я, осматривая ущелье.

Их было около десятка. Держались на расстоянии примерно ста метров. Стрелковый комплекс на таком расстоянии был бесполезен, а снайпер из меня был не очень. Одновременно выяснилось, что система прицеливания сбоит.

Я начал волноваться. По спине поползли предательские мурашки. Тварей много, они уверены в своем превосходстве, преследуют меня.

Меня посетила довольно толковая мысль – а откуда они вообще понимают, что я пытаюсь взять их на прицел? Разве только… Они уже сталкивались с другими десантниками. Выжившими.

– Раттлер?! – пробормотал я, вспомнив про майора.

Я остановился как вкопанный, рассеянно глядя на существ. Затем отмахнулся, и продолжил путь, постоянно оборачиваясь и оценивая обстановку.

Я забрел в какой-то узкий каменный мешок – справа и слева ущелье раскалывалось на несколько направлений. Они то смыкались, то размыкались и пересекались между собой.

Почти сразу на моем пути встретился серьезный завал. Одна из треснувших скал рухнула, перегородив обломками проход. Теоретически можно было перелезть через нее, но когда я сделал попытку это сделать, летяги резко сократили расстояние почти вдвое.

Загнали меня в ловушку. Твари!

Я развернулся, откинул шлем и от отчаяния заорал.

– А-а, с-суки! Ну, идите сюда! Мяса вам, да?

Глава 5. Выжившие

Одновременно активировался «FAR-32». Импульсная винтовка уже была в моих руках, вторая же висела за спиной. Рука потянулась к импульсной гранате, но я не решился ее использовать, тем более, ранее гранаты я вообще не метал.

А двигались падальщики легко и быстро.

В качестве средства успокоения я подумал о том, что в прошлом система «Циклоп» хорошо себе показала, а значит, должна работать и сейчас. Все то же самое, только ствол другой.

Я резко вскинул «LR-20» и, поймав в перекрестье прицела приближающуюся тушу, дал короткую очередь. Почти все ушло в молоко, только один сгусток плазмы скользнул по верхней конечности, оставив на ней черный оплавленный след. Сверху тявкнул «FAR».