Вызов

Детали у каждого рассказчика были свои, но в основном все сходились – чудовища молниеносно перемещались, своими длинными когтями и острыми зубами они с легкостью разрывали плоть и перегрызали кости. Около сотни людей было разорвано, прежде чем остальные сообразили, в чем дело. Попытки сопротивления – было у мятежников и огнестрельное оружие – лишь ускоряли смерть. Кому-то удалось спастись бегством, кого-то оставили калекой в назидание остальным. Это было возможно самое эффективное усмирение мятежа в истории человечества.

Прошло лишь десять минут, а на площади лежало около полутысячи трупов.

Стало ясно, что ученые продвинулись в биоисследованиях намного дальше, чем сообщали, что ДНК-модификация – не единственный туз в рукаве. Позже правительство позволило информации утечь в массы. Существ, разогнавших восстание, они называли семибистами. Эти чудовища получались при введении в организм человеку ОМ-модификаторов. ОМ – обратимая мутация – способность человека мутировать в нечто звероподобное, и возвращаться в исходное состояние.

Аналитики у стоек баров смекнули – раз информацию выпустили наружу, значит есть еще что-то, не раскрытое. И название существ "семибист" – полузверь. Значит, существовала вероятность, что есть и "бист".

Было ли ученых что-то или не было, но своего они добились – больше мятежей не было.

Все эти события, конечно, не освещались медиа (зачем снимали экзекуцию оставалось загадкой). Вообще, эфир тогда ограничивался новостями и рекламой всяческих заманчивых и не очень предложений.

В основном об усовершенствованных модификаторах начальных уровней – чуть дольше работает хелс, чуть быстрее срабатывает клон.

Жизнь шла своим чередом. Потом стали появляться недомолвки. Несколько раз после разговоров родителей за закрытыми дверями мы видели заплаканную маму. Отец стал хуже выглядеть. Когда я подошел, чтобы "поговорить по-мужски", он устало улыбнулся, обнял меня и сказал, что все хорошо. Якобы при сканировании у него обнаружили болезнь, но все под контролем. Дальнейшие расспросы не возымели никакого действия.

И наконец, это был год моего поступления в академию, счастливая жизнь закончилась. Весенним днем я сидел у себя в комнате и чатился с интересной мне девушкой. В дверь постучал отец с просьбой о разговоре с глазу на глаз. Это было необычно, раньше все, что отец хотел мне сказать, он мог говорить при всех. Пообещав девушке перезвонить, я свернул ее голограмму и предложил отцу войти. Сам с тяжелым предчувствием двинулся навстречу.