Миссия

– Нет, – покачала головой Женевьева, – мы не знаем, где они.

На лице наемника промелькнуло сомнение, он с легкой усмешкой посмотрел в глаза Женевьеве. Та выдержала взгляд.

– Пусть так, – проговорил он, – кто пойдет со мной к вертушке?

Женевьева оглянулась, словно отыскивая кого-то.

– Лиам! – обратилась она к одному из разведчиков за спиной, с нескрываемой враждебностью смотрящему на наемника.

Тот вышел вперед. Кори равнодушно скользнул по нему взглядом и направился к выходу. Лиам последовал за ним.

Как только закрылась дверь, Женевьева бросилась отдавать приказы:

– Командиры нечетных групп разведчиков, забирайте всех своих и уводите на нижний ярус. Прихватите и всех диггеров. Переместить оружие из арсенала: забрать столько, сколько сможете за раз. С продовольствием и медициной позже. Входы замаскировать, охранять и не проявлять себя. Открывать только по условному сигналу.

– Что ты задумала? – осведомился Арчибальд.

– Если нам не дадут времени, придется принять покровительство. То есть сделать вид. Половину людей спрячем на нижнем уровне. Будут козырем в рукаве.

Разведчики быстро покинули "зал". Внутри осталось несколько человек. Женевьева повернулась к ученому.

– Док, что там?

Ученый оторвался от документов.

– Ну… мутант очень опасен. В отличие от обычных семибистов он развивается. Я полагал, что проект прикроют, но оказалось, что исследования продолжили.

– Что он может? – спросила Женевьева.

– Я даже не могу представить, – закатил глаза Док, – уже тогда, когда убивал Лискера, он появлялся в трех ипостасях. Он в человека мутировал, вы понимаете? Его организм способен анализировать ДНК и обращаться в ее носителя. Грубо говоря, вы выплюнете зубочистку, он ее подберет, и оп! вы появитесь с самыми неожиданными приказами.

– Уничтожим его! – неуверенно предложил Роман.

– Не представляю, как мы сможем сделать это. Два семибиста-оборотня с трудом удерживали его пару дней назад. Его сила растет в геометрической прогрессии.

– Но все-таки есть границы? – Женевьева с надеждой смотрела на ученого.

– Возможно, но, когда он говорил, что уничтожит четверть тех, кто находится здесь, я не думаю, что он бравировал… Лучше бы он был на нашей стороне.