Бенкендорф

Помолчав немного, он продолжил… – Но… Идея с матрешками интересная. Как они их разрисовывают? Вручную или трафаретом?

– У них точно работают художники, сам видел – быстро ответил Апостол.

Бенкендорф подозрительно покосился на своего начальника, явно не понимая, откуда он все это знает. Когда и при каких обстоятельствах Апостол успел узнать про фабрику, оставалось загадкой. Вполне возможно, что он наведывался туда за отходами производства в виде березовой щепы для своих морских свинок, которых успел завести, но никому об этом не сказал.

– Воооот! Матрешки же разборные, так? Понимаете, к чему я клоню? – Апостол с Бенкендорфом переглянулись и пожали плечами – Нет?! Да что же вы, дорогие мои опера?! Предлагаю в качестве сувениров остановить свой выбор на этих самых матрешках!

– Ваше высокоблагородие, вы, конечно, извините, но… – Апостол слушал крайне внимательно, стараясь уловить глубину мысли – Зачем?

– Эххх! Нет у вас художественной фантазии, Апостол. И у Бенкендорфа тоже ее нет.

На уме, к большому сожалению, только огурцы с помидорами. А где же широта оперативной мысли? Нету? Поэтому вам очень повезло, что у вас есть я! Так что зацените план.

Все придвинулись ближе к столу, и Бенкендорфу в глаза шибанул густой сигаретный дым, от которого он непроизвольно заплакал. Если бы в этот момент в кабинет зашел посторонний, то он бы точно подумал, что за 30 секунд до этого Бенкендорфу ровняли зубы напильником и пытали полевым телефоном.

– Берите жопы в горсть и прямо сейчас летите как вонючий ветер на фабрику.

Заставьте этих мастеров древнего зодчества сделать матрешки под размер бутылок Hennessy VSOP, образец я вам выдам. Только не вздумайте его выжрать! Вернете все, как было – полковник выудил из ящика стола красивую бутылку и протянул ее Апостолу – Вот, держите. Это соседний отдел, между прочим, уже свою часть программы выполнил. А мы что хуже что ли?! Не посрамим?!

– Так точно… Не посрамим… – Невесело отозвались присутствующие и заранее виновато склонили свои светлые очи вместе с русыми кудрями в пол.

– Далее прямо на фабрике находите дагерротип нашей генеральской формы и тычете им в морды малярам-штукатурам до момента полного осознания ими всей красоты боевой задачи. Ясно? – полковник настолько четко спланировал в голове фронтовую операцию и был со стороны похож на одноглазого генерала Кутузова, нависшего над оперативными картами с цветастыми красными стрелами наступления.