Семья

Про себя он думал, как же здесь красиво. Но все омрачало один инцидент, который случился в порту Аркадии. И напоминаем о данном случае, служила все еще боль в нижней части спины наемника. Наемник запустил руку под куртку и кольчугу, дотронулся ладонью до больного места и слегка начал растирать его. Этим самым, он надеялся, что боль уйдет. Но наемник ошибся, и боль только усилилась от прикосновения. Оскалив зубы, от боли которую он терпел, наемник посмотрел на впереди стоящего Тита Пиния, который пил воду из бурдюка, облокотившись спиной на некогда сторожевую вышку.

– Почему мы покинули порт? – Спросил наемник, подходя ближе к своему нанимателю.

– Потому что корабля, на котором я прибыл в Аркадию находиться не в порту! – Недовольно ответил Тит Пиний, и прислонив губы к горлышку бурдюка продолжил глотать воду.

– Долго идти до корабля? – Спросил прямо наемник.

Пиний закончил утолять свою жажду посмотрел в сторону небесного светила, и закрепил бурдюк на своем поясе под туникой.

– Примерно, когда солнце будет уходить за горизонт, мы должны быть уже у корабля.

Наемник проверил, и оценил сколько воды было в его бурдюке. Как только он примерно понял, что воды еще больше половины, то моментально закрепил его у себя на поясе.

– А кто он. Тот которого ты преследуешь?

Тит Пиний посмотрел на наемника недовольным взглядом.

– Ты задаешь слишком много вопросов, для обычного наемника! – Очень недовольно, и с нотками сердитости в голосе произнес Пиний. – Да и потом, я заплатил тебе за твой меч в случае чего, а не за расспросы, и разговоры.

После сказанных слов, Пиний зашагал по направлению к городу. В голове же у наемника, была мысль, может стоит оставить Пиния одного. Но это была не в его принципах бросать работу невыполненной, и отказываться от своих обязанностей. Поэтому наемник проследовал за Титом Пинием хотя сам он и считал, что зря ввязался в данное дело. Ведь он просто мог отказаться, от дополнительных денег, заплатил ремесленнику за понравившийся раннее щит и покинуть Цегерийский город Аркадия.

Спуск с холма, был гораздо быстрее нежели подъем. Поскольку поднимались на холм они в слегка побитом состоянии, но живые. А спускались уже, слегка отдохнувшие.