Седьмой. Книга 3

Раскручиваю стремительные сферы земли вокруг себя и, не жалея сил, бросаюсь к одному из Золотых воинов. Клинок вспарывает воздух и тут же с яростью звенит, столкнувшись с боевой перчаткой воина. Одна из моих земляных сфер с огромной скоростью врезается в колено противника, и её массы оказывается достаточно, чтобы тот немного покачнулся, теряя на какие-то мгновенья концентрацию. Сокрушительный удар оставшихся трёх сфер, нанесённый одновременно в тело и голову, опрокидывает противника, и тот замирает у моих ног, не в силах подняться.

В голове вспыхивает молнией предупреждение об опасности, успеваю вернуть одну из сфер для защиты, и её тут же разрывает на мелкие части. Меня отбрасывает прочь, точно мешок с соломой. От полученного удара перед глазами вспыхивают яркие круги, краем сознания улавливаю хруст ломающейся маски безликого.

Прихожу в себя уже в нескольких метрах от целей, а в следующую секунду рефлексы, вбиваемые Седьмым последние месяцы, заставляют стремительным движением уйти вбок.

На месте, где стоял, вспыхивает огненный цветок, вызванный одним из магов, которого прикрывает высокий воин. Золотые действуют в связке на очень высоком уровне, если бы не тренировки, предполагаю, эта атака могла меня очень серьёзно потрепать. Медицинский блок «Эгиды» впрыскивает в кровь тонизирующий коктейль, и я немного прихожу в себя.

«Повреждение внешнего контура. Нарушение целостности брони.

Диагностика невозможна», – бубнит голос костюма.

Треть маски безликого от пропущенного удара покрывается трещинами, но работает и ориентироваться не мешает. Вижу, как Оксана с Алексеем где-то вдалеке наседают сразу на четырёх противников, возглавляемых магом, а Константин на пару с Фомой кое-как сдерживают атаки моих недавних оппонентов. Стрелок без остановки разряжает свой Метатель в мага и воина. От каждого выстрела земля буквально сотрясается, но вражескому колдуну, похоже, не составляет большого труда защититься от мощных снарядов, выставив перед собой и напарником тонкий, будто бы созданный изо льда щит.

Вокруг тела чародея закручиваются в спирали яркие воплощения огня, больше напоминающие огненные хлысты, с которых постоянно капает на землю раскалённая лава. Каждый выстрел Фомы он умудряется контратаковать, нанося сокрушительные удары одним из огненных кнутов.