Небесный шаг (3 арка)

Этот зал разительно отличался от всех встречных Сонгом ранее – его стены имели темно-синий цвет, а пол оказался усеян множеством кристаллов, отдаленно напоминающих кристаллы соли. Посередине стоял небольшой постамент, вокруг которого кружилась полупрозрачная плотная духовная сила неизвестной для Сонга природы, создавая причудливый кокон, внутри него можно было заметить явные очертания ребенка, парящего в позе эмбриона.

Сонг пораженно попытался приблизиться к постаменту, но лишь только до кокона оставалась пара шагов, как духовная сила зала внезапно пришла в движение, обрушиваясь на молодого человека, с силой отбросив его прочь.

– Что за проклятье?! – прошипел он сквозь зубы, кое-как встав на ноги.

Между тем книга в его кулоне начала сходить с ума – ее страницы, до этого не поддававшиеся на все усилия Сонга, мелькали с умопомрачительной скоростью, а сам фолиант летал по небольшому карманному пространству кулона, пытаясь вырваться из него.

«Может, выпустить ее?» – подумал Сонг, и решившись, достал книгу.

Лишь только черный фолиант появился в реальном мире, сразу вспыхнул каскадом духовных импульсов, направленных в сторону загадочного кокона, эти импульсы с каждой секундой становились все интенсивнее, пока в какой-то момент не превратились в нескончаемый поток духовной силы. Книга раскрылась на одной из страниц и на листе стал проявляться точный рисунок найденного Сонгом кокона.

Подняв её, Сонг попытался открыть фолиант на той странице, где совсем недавно появился рисунок, однако, как обычно, книга отказалась открываться молодому человеку, в очередной раз продемонстрировав свою непокладистость.

– И что бы это значило? – спросил пустоту Сонг, со вздохом возвращая книгу на место в карманном мире талисмана.

После чего вернулся к изучению постамента с коконом. Судя по всему, внутри него ребенок, но какая-то неизвестная сила просто не позволяла подобраться к нему ближе, чем на пару метров. Подойдя к кокону на максимальное расстояние, Сонг попытался изучить его восприятием, однако, несмотря на все его попытки, кокон не поддавался, надежно защищая свое содержимое.