Золотой крейсер и Тайное море

«До несуществующих костей!» – отметила про себя Рок-н-Ролл Мама и поежилась.

– Может, найдем себе новую хозяйку, – вздохнула Мишель, – Такую же, только живую.

– Что ты говоришь?! – брови Жануарии вздернулись, – Нельзя так говорить! Она и сейчас слышит нас, – и, чуть тише добавила, – И любит.

– Да? – Пуговка с сомнением покосилась под ноги. У нее окончательно испортилось настроение. Она никуда не хотела идти. Ей вообще сейчас ничего не хотелось.

– У людей есть Бог. Он забирает их в рай.

– Бог? – Пуговка, сдвинув редкие бровки, недоуменно посмотрела на Жануарию, снова под ноги.

– Хорошо им, людям! – вздохнула Маргоша.

– А мы тоже к ней попадем? – поинтересовалась Мурочка – спуск пришелся ей по душе, и она снова вскарабкалась вверх. Жануария лишь печально посмотрела куда-то вдаль.

*****

Как дети, обнаружившие годный для катания заснеженный холм, они по очереди съезжали с земляной горки.

Немного не рассчитав скорости, и плюхнувшись оземь, Жануария, вспомнила детей их хранителей. В этих землях настоящая зима – большая редкость, и коли уж случалось, что снег был дарован тутошним жителям на день-другой, дар всегда оценивался по достоинству – люд, и стар, и млад – высыпал на улицу с санками и без.

Ох, дети! Когда же это было? Куда все ушло? Мариса, дочь Алисы, сама стала хранителем. У нее даже в шесть лет была своя Пуговка.

«А ведь сегодня могли бы быть у нее!» – с горечью и тоской подумала она.

Валентин – она так любила этого симпатичного парня с пушком над верхней губой, носом с горбинкой, не осознавая, воспринимала его, как собственного сына.

У них у обоих теперь взрослые дети, и как же странен ток времени, меняющий все, как в замкнутой лавовой лампе! Сколько лет ушло? Куда?

– Малыш, идем! – позвала Зюка.

Жануария посмотрела вверх. Олененок, не считая непонятного кота, остался один.

– Эй, малыш! Давай, – поманила его Черная Рок-н-Ролл Мама, – не бойся!

Но он не реагировал. «Все не правильно» – подумала Рок-н-Ролл Мама. Пластиковые волосы пластикового альбиноса подрагивали на ветру. Он несколько мгновений глядел на подруг, причем Жануария могла поклясться – глядел так, будто видит их впервые, потом перевел взгляд чуть выше, куда-то в небо.