Дар

Она тут же подсказала мне, где сидит начальник каравана, направляющегося туда.

– Как не найтись! Вон, в углу герр Шмульке сидит, он со своим караваном туда едет.

Я спросил разрешения и подсел к краснолицему гогочущему во все горло толстяку с восклицательным знаком над головой. Похоже у авторов игры нашлось для меня новое задание.

– Герр Шмульке, позволите, я знаю, вы направляетесь в Оркус. Не нужен ли вам охранник для ваших товаров?

– Ха! Да, у меня своих хватает! Лошадь есть?

– Нет.

– Да ты еще и безлошадный? Зачем мне такой? Хочешь с нами – плати три монеты серебром.

– Позволите демонстрацию? – Я скинул арбалет с плеча и натянул тетиву. За открытым окном порхали ночные мотыльки.

Я вложил болт на ложе и сбил одного.

Шмульке прищурился.

– Еще, – скомандовал он.

Я повторил.

– Такого еще не видел. Хорош умелец! Платить не буду, но место у костра и еду получишь. Посмотрю, какой ты из себя. А в город приедем – серьезно поговорим.

Есть у меня одна работенка… – он многозначительно подмигнул, и сменил тему – Как там дела идут в граде Аросе?

И я в который раз за день рассказал недавние события. По мере рассказа в зале становилось все тише. Кто-то уже собирался выезжать в ночь к родным. Приказчики судорожно думали о смене маршрута, большинство кляло проклятый клан Волка и грозилось мстить республиканцам при первой возможности.

Свободных комнат не оказалось, и моим приютом на ночь стала конюшня.

Впрочем, это гарантировало, что я не просплю ранний отъезд.

/quit

Saving game…ok

Есть много разновидностей тишины – тишина зимнего леса, обжигающая холодом и тишина горной долины заполненной ветром и ароматом цветов. Тишина пустого дома, которая нет-нет, да и нарушится скрипом рассохшихся половиц или шорохом мышей.

Тишина умирающего космического корабля тоже имеет свои оттенки. Вибрация ионных двигателей бессильно пытающихся выправить курс.

Изредка включающиеся сервоприводы и вентиляторы системы жизнеобеспечения. Сегодня какой-то скребущий звук на грани сознания добавился в эту палитру. Еще минуту я лежал с закрытыми глазами, пытаясь понять – что же это, а затем открыл глаза.

Посреди каюты, в которую я его отнюдь не звал, висел Олег. Я подмигнул ему. Бундессверт стоял в углу, а в бок мне упирался кошель с полусотней золотых.