Последний Ментор

В отличие от простых собак, биотехники добавили в них пси – ген. Это позволило развить их умственные способности гораздо выше, чем у других собак. Их объединяли в пару с людьми с крепкой и сильной волей, так как если при процедуре объединения воля человека оказывалась слабой, человек погибал. Но если человек подчинял себе пса, их тандем был крайне эффективным. В отличие от других команд кинологов, эти могли общаться между собой с помощью силы мысли. Но после войны, когда всё рухнуло, они стали эволюционировать и развили коллективный разум.

Чем больше стая, тем они умнее и опаснее. И, честно говоря, за сотню лет путешествия по этим мёртвым землям, эта стая самая крупная. – Последний слегка нахмурился. – Что-то я разболтался.

– Погоди, откуда ты это знаешь? Ты хочешь сказать, что ты видел мир до войны?

– Да.

– Сколько же тебе лет?

– Около ста семидесяти.

– Но как?

– Всё просто. Я не могу умереть. Теперь мой черёд задавать вопросы. Катя, почему ты меня не боишься? Ты первое живое существо за всё время, от которого я не чувствую страха в мою сторону.

Катя аж подпрыгнула от неожиданности:

– Нууу … Ты добрый, поэтому я знаю, что ты нам не навредишь.

– Ты заблуждаешься. – Со смехом ответил Последний. – Я вовсе не добрый.

– Ну, в любом случае, – она улыбнулась, – тебе я почему – то доверяю.

У стены зашевелилась женщина, и Катя пошла проверять её.

– Знаешь, – сказал Саша, – раз Катя тебе доверяет, то и я буду. Она никогда не ошибается в людях.

Последний взглянул на небо, чтобы полюбоваться звёздами и луной перед сном.

Но всё небо было затянуто тучами, но на дождь рассчитывать не приходится. Свернувшись кольцом Последний уже начал дремать, когда прозвучал раскат грома. «Опять сухая гроза,» – подумал Последний. Неожиданно к Последнему прижалась Катя.

– Извините, можно я рядом побуду? Я боюсь грозы.

Прозвучал ещё один раскат грома, и Катя ещё сильнее прижалась к Последнему, Он почувствовал, что Катя плачет. Это всё напомнило ему событие из далёкого прошлого, времён, когда он сам ещё был курсантом академии.

– Конечно, Котёнок, оставайся сколько захочешь. Последний начал гладить её по голове своей когтистой лапой, со всей нежностью, на которую был способен. Он начал насвистывать тихую мелодию, и она постепенно успокоилась. Он продолжал её гладить, приговаривая,

– Спи спокойно, Котёнок, спи спокойно. Это всего лишь гром. Это лишь гром…

Когда Катя, наконец, уснула, Последний вновь посмотрел на ночное небо.