Дело чести или «Звезда Бенгалии»

– Ваш князь просто каллиграф, великолепная подпись, – ответил он, – кроме того, не ленится сам подписывать все приглашения. Ну что ж, бумага отличного качества, гербовая, видимо, князь не скупится, когда дело касается его фонда, впрочем, по манере ставить подпись, можно сказать…

– Стоп, стоп, стоп! Я спросил вас о другом. Не хотите завтра составить мне компанию?

Мой товарищ заложил руки за спину и тяжело вздохнул.

– Нет, – со вздохом ответил он, – не хочу портить вам компанию своим мрачным расположением духа.

– Да? Считаете, что хандра поможет вам в расшифровывании этих исторических иероглифов? Все будут весьма рады видеть вас, и думаю, бал гораздо лучше поднимет вам настроение, чем копание в старых рукописях.

В ответ на это Кромов только пожал плечами.

– Дело ваше, но если так пойдёт и дальше, вы скоро из дому будете выходить, только если случится кража века не меньше.

На следующее утро, выйдя в общую гостиную, я увидел Кромова сидящим в кресле посреди комнаты. Вчера вечером он, наконец, закончил переезд и последние три чемодана были временно водворены ко мне.

– Ну как, по поводу бала не передумали? – спросил я его. Однако мой новый сосед явно не собирался подниматься с кресла, в котором сидел, вытянув свои ноги чуть ли не на середину комнаты.

– Нет, не передумал. А вдруг, как только вы уйдёте, прибежит посыльный с сообщением о краже века. Вот будет обидно упустить такой случай.

Я засмеялся и, пожелав ему, чтобы всё так и случилось, вышел из дому. Погода была ясной, и, не став брать экипаж, я отправился пешком. У нас в клубе, уже пару недель шли разговоры о предстоящем приеме у князя Вышатова. Капитан Дормидонтов, наиболее активно участвовавший в работе фонда, заявлял, что на балу нам доведётся увидеть, как он выразился, «знаменательное событие».

В 3 часа дня я подошёл к Набережному дворцу. Признаться, не знаю, почему дворец получил именно такое название, так как от набережной он стоит довольно далеко. Может, раньше не существовало домов, которые теперь стояли между дворцом и рекой, а может, по площади перед дворцом ранее протекала какая-нибудь речушка или канал. Я позвонил. Дверь открыл дворецкий.