Дело чести или «Звезда Бенгалии»

 Конечно сбор материала – важная вещь, – продолжил он, – но ограничивать этим всю работу по языкознанию – всё равно, как утверждать, что строительство дома – это привезти и свалить в каком-то месте доски, булыжники и кирпичи. Строить-то дом надо.

– Так что же строить? – возразил я тогда. – Всё построено. Русский говорит по-русски, француз по-французски, немец по-немецки.

– Немец по-немецки, говорите? А вот, к примеру, решит кто-нибудь, что наш беспокойный сосед, прусский король и император германский Вильгельм слишком уж громко кричит о едином рейхе.

Походит по германской империи, поспрашивает поселян в Баварии, Саксонии, Франконии: как у вас это называется, а как это? Приплетёт свои выдумки и издаст потом учебники саксонского, баварского и франконского языков. И спросят у кайзера Вильгельма: какой же такой единый немецкий рейх, какие такие единые немцы, ведь немцев-то никаких и нет, а вот, пожалуйста, полюбуйтесь, есть баварцы, саксонцы, франконцы, вот и языки отдельные у них и учебники имеются.

Или подумается нашему государю-императору Всероссийскому, самодержцу Московскому, Киевскому, Владимирскому и прочая и прочая и прочая, что возлюбленный брат наш Франц, император Австрийский и король Венгерский, уж слишком грозно и часто лязгает оружием у наших границ. А ведь большая часть подданных Дунайской монархии – это славянские народы. Почему бы не найтись тут древней рукописи, которая повествует, что исстари на землях этих было независимое славянское государство, к примеру, моравское, или словенское.

– Но что бы что-то найти, – Кромов хитро прищурился, так что его глаза за круглыми очками превратились в две щелочки, – надо сначала это что-то сделать.

– Я думаю, для такой «занимательной филологии» нужна хорошая государственная поддержка.

– Нужна, нужна, – скороговоркой оттараторил Пётр Михайлович. – Я это вам рассказал, что б показать, что на первый взгляд скучноватое занятие может быть весьма интересным делом. Поверьте мне, иногда разбор рукописей и исторических бумаг может быть куда как более захватывающим, чем иное детективное расследование.

С этого разговора и началось наше более близкое знакомство. Пётр Михайлович стал водить меня в компании, в которых был принят сам, я, в свою очередь, отвечал ему тем же и вскоре Кромов стал достаточно хорошо известен среди моих знакомых, главным образом отставных и действующих офицеров императорской армии. Вообще он оказался человеком образованным и интересным.