На новый лад… 5

Мужчина покачал головой, внимательно всех оглядел и чуть поморщился. Потом махнул рукой и сказал:

– А, ладно! Тут, как домком въехал, все одно цирк. И без галош ходят. Идите уж!

Он проводил их до квартиры и позвонил в дверь.

Пустили их не сразу. Потом они толпились в прихожей, которая от обилия гостей стала несколько тесноватой. Профессор Преображенский и доктор Борменталь обозревали вошедшую гоп-компанию, не скрывая удивления.

Взгляд профессора был строг. Элли тряслась от страха. Тотошка прислонился к ее ногам.

Пауза затянулась.

– Так я вас слушаю, – прервал молчание профессор.

– Мы к в-вам, в-волшебник, и в-вот по какому делу, – запинаясь, ответила Элли.

– Начало не лучшее, – заметил профессор. – А мы – это кто?

– Я – Элли, это Тотошка, в-вот Страшила, он – Железный Дров-восек, а в углу – Труслив-вый Лев.

– Занятно. Ну и кто, извольте узнать, составил вам протекцию для обращения в мой адрес? – спросил Филипп Филиппович.

– В-виллина, – дрожащим голосом ответила Элли.

Профессор переглянулся с Борменталем.

– Думаю, это кто-то из новых, – ответил Иван Арнольдович. – Имя уж больно современное. Владимир-Ильич-Ленин-любит-и что-то там дальше.

– Определенно, вы правы, коллега, – кивнул Филипп Филиппович. – Придется принять. С этими мерзавцами лучше не ссориться.

– Контрреволюционные вещи говорите, Филипп Филиппович…

Профессор махнул рукой.

– Так что вам необходимо, любезные господа? – спросил профессор.

В этот момент прозвенел звонок, и у совы загорелись глаза. Трусливый Лев опять поддал газу. Борменталь открыл дверь, и вошел тот самый усатый мужчина, который пускал всех к профессору.

– Я извиняюсь, прям совестно, – начал он с порога, – но там этот Лев прямо у входа лужу наделал.

– Сколько я должен, Федор? – спросил профессор.

– Полтора, – помявшись, ответил тот.

Когда Федор вышел, профессор снова оглядел всех вошедших и сказал:

– Итак, господа, кому и что от меня необходимо? Начнем с вас, любезный, – он поглядел на Льва.

– Ему нужна смелость, – поспешила ответить Элли, боясь, как бы Трусливый Лев не выдал очередную порцию своих миазмов. В прихожей и без того было нелегко дышать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».