Святой Антоний

Одноэтажный бревенчатый дом, высокий каменный цоколь, окрашенный голубой "жизнерадостной" краской. В цоколе прорезано арочное оконце (в те былинные времена, когда строилась эта хибара, заботились о красоте). На окне кованая решетка, на решетке – сумка-авоська. "Болтается, как пиратский флаг". Беринг впервые увидел подобного рода сумку, но сразу узнал её – мать рассказывала, когда была жива.

Беринг наклонился и постучал в стекло. Через некоторое время в глубине жилища мелькнула тень, и водянистые глаза рыбы "всплыли к поверхности".

– Куда пойдём? – спросил Беринг.

"Рыба" равнодушно пожал плечами. Мол, тебе нужно ты и решай. Он явно не стремился к беседе.

– Обычно ты, где бухаешь? – забросил удочку Беринг, и оказался прав – Рыба оживился.

– По-разному. Если с бабками подсос, то дома, с соседом. – Рыба громко икнул и с опозданием прикрыл рот ладонью. – А если при деньгах то иду к "Дюше".

– Пошли, – сказал Беринг, не уточняя куда.

"Дюша" оказалась пивной разливухой в двух кварталах на север, почти уже в пригороде. Над входом заведения висела табличка "Чуткий кавалер". Когда-то здесь торговали парфюмерией, и владелец магазина таким изысканным названием стимулировал мужчин делать покупки. Потом в магазине произошёл революционно-эндогенный ребрендинг: вместо множества стоек с разнообразными флаконами установили одну стойку с рядом однообразных разливных "гусаков", пространство зала наполнили духовным содержанием – столиками и стульями.

Дела пошли бойчее.

Значительно.

Беринг спросил, почему "Дюша"?

– Всё просто, – ответил Рыба и запустил губы в кружку

Пил долго… бесконечно долго… закрыв глаза и постанывая от блаженства. Так, вероятно, пьёт старая лошадь стоя у колодца. Надеясь, что день скоро закончится, и не нужно будет идти на работу.

Противнее всего в Рыбе, в этом… слово "человек" застревает на языке, когда я пытаюсь применить его к этому потрёпанному, засаленному… человеку.

Запах. Хуже всего был запах. Смесь давно немытого немолодого тела вкупе со вчерашним (позавчерашним, поза-позавчерашним и так далее до бесконечности) перегаром.

Я хлебанул сразу полкружки, надеясь, что хмель отобьёт обоняние. Так и получилось: остальные несущественные запахи отошли на задний план, мой нос примирился с действительностью.

– Так почему, "Дюша"? – повторил вопрос.

– Бэкроним. Два слога: "дю" и "ша".