Жалобная книга

– Да-да, – оживляется Варенька. – Талант к чужой зубной боли, конечно. Дивный дар.

Опять двадцать пять. Крепко ей, видно, сегодня досталось.

– Слушай, – говорит она, помолчав, – ты все это всерьез, да? Совсем-совсем всерьез? Потому что если это просто тема для разговора, такой оригинальный повод завязать знакомство, то уже и не нужно ничего выдумывать. Уже словно бы лет десять знакомы. Или больше.

– Повод завязать знакомство я бы другой нашел. Да и зачем искать? Вот, к примеру, от кафе твоей подружки камня на камне не осталось, а мы живы-здоровы.

– Да уж, повод, – вздыхает. – Жалко Маринку, и кафе жалко… Но камень на камне, надеюсь, все же остался. Как минимум один камень на другом таком же. И страховка у нее вроде есть. И, самое главное, Леша, который, если будет надо, десяток таких кафе для мамы откроет. Ничего, все утрясется как-нибудь… Может, и куртка моя уцелела? Тогда вообще счастье.

– Теперь, – решаю, – самое время сварить кофе. Себе сварю, по крайней мере. После полуночи он на меня действует как валерьянка.

– Понятия не имею. Но можно проверить.

Ставлю на огонь джезву, колдую помаленьку. Варя с интересом за мной наблюдает.

– Как это происходит? – спрашивает вдруг. – Как кино смотришь? Или сам участвуешь?..

Я не сразу понял, о чем она спрашивает. Решил, про кофе; удивился даже столь неуместному глубокомыслию. Участвую ли я в процессе приготовления кофе, который варю? А как там у нас насчет дао, выраженного словами и непристойными жестами?.

Потом только дошло.

– Никакого кино, – говорю. – Настоящая человеческая жизнь, во всей полноте. Только ярче и интенсивней. И при этом остается небольшой участок сознания, свободный от участия в игре. Что-то вроде командного пункта, где всегда сидит некий таинственный «дежурный офицер», готовый в любую минуту напомнить, что это – чужая шкура. Не дает заиграться, уйти на дно и навеки упокоиться под развалинами чужой судьбы.

– Немного похоже на то, как описывают контролируемые сновидения, – вздыхает Варя.

– Да нет, ни на что не похоже. Такие вещи не объяснять надо, а просто попробовать. Словами тут мало что скажешь…

– Ясно. Ну, значит, надо попробовать. Ты ведь можешь устроить так, чтобы я попробовала? Только не боль чужую почувствовать – хватит уж! – а прожить настоящий кусок чужой жизни. Это можно?

Вот так просто. Я-то думал, ее долго уговаривать придется.