Вселенная Ехо. Том 2

Разве что неугомонный Нумминорих неоднократно порывался прокатить на нем свое буйнопомешанное потомство. Разумеется, мы не отдали пузырь в вечное пользование, а просто сдали в аренду до того неопределенного момента, когда Тайному Сыску вдруг приспичит немного полетать.

Не могу сказать, что появление воздушного патруля сделало работу Городской полиции лучше или хуже – оно просто ничего не изменило. Зато горожане ежедневно получают море удовольствия, любуясь на контуры этого чуда уандукской техники, одинаково фантастические на бледном фоне утреннего неба или при зеленоватом свете луны.

Говорят, что сам генерал Бубута однажды рискнул совершить пробный полет. К сожалению, меня в те дни не было в Ехо, но я неоднократно выслушивал леденящие душу истории о том, как этот смешной дядя с высоты нескольких дюжин метров грозил всем гипотетическим преступникам, что теперь-то они у него «в собственном дерьме захлебнутся». Очевидцы утверждают, что на земле было слышно каждое его слово. С тех пор горемычный летательный аппарат был раз и навсегда назван Бубутиным пузырем, и я подозреваю, что возможность получить какое-нибудь более почтенное прозвище ему уже не светит ни при каких обстоятельствах.

Мы с Нумминорихом с удовольствием проводили глазами поднимающийся в небо Бубутин пузырь и почти бегом отправились к Джуффину.

Мелифаро еще не было. Очевидно, ребята из Канцелярии Скорой Расправы рассказывали ему что-то чрезвычайно увлекательное. Поэтому я живо водрузил Нумминориха в кресло, сам устроился на подлокотнике, и мы наперебой выложили Джуффину очередную сагу о призраке Джубы Чебобарго.

– Да, дела, – шеф удивленно покачал головой. – И за все это время ни одного заявления от потерпевших.

– Наверное, все эти люди испытывали те же самые чувства, что и подружка Хенны, – сказал Нумминорих. – Никому не хочется рассказывать посторонним такие вещи. С другой стороны, призрак не причинил никакого вреда ни этой леди, ни ее любовнику. Я имею в виду, что он не стал ни покушаться на их жизнь, ни даже просто задерживаться в доме.

– Да, это, конечно, был гениальный поступок, сэр Нумминорих, – усмехнулся Джуффин. – Но ты правильно рассуждаешь.