Волонтёры Вечности

И это, разумеется, далеко не полный список моих домашних бед.

Суровые будни Тайного Сыска сделали меня настоящим героем. Пару лет назад я бы, несомненно, дрогнул, а теперь лишь кратко выругался и взялся за дело. Через полчаса мой обеденный стол был чист, как небо над пустыней. Это показалось мне хорошим началом. Еще недавно его поверхность была равномерно покрыта толстым слоем какой-то мелюзговой чепухи, у которой хватало наглости считать себя нужными вещами. Поскольку у меня не достало мужества просто закрыть глаза и выкинуть эту ерунду к Темным Магистрам, пришлось ее разбирать.

В дверь осторожно постучали. Это был мой ужин в сопровождении перепуганного заспанного курьера из «Жирного индюка». У меня хватило благородства сказать ему «спасибо», так что парень с грехом пополам пережил нашу встречу. Все к лучшему, славное заведение этот «Жирный индюк», мне вообще везет на хороших соседей.

Немного перекусив, я подвергся жестокому натиску нового приступа лени, но стиснул зубы и яростно взмахнул тряпкой.

Еще через два часа, когда дело действительно подходило к концу, а я чувствовал себя так, словно последнюю тысячу лет посвятил добросовестному труду на каменоломнях, в дверь снова постучали.

– Заходите, не заперто, – рявкнул я. – Мальчика нашли двери вам открывать!

Физический труд никогда не способствовал улучшению моего характера. Скорее, наоборот. Кроме того, какой смысл быть душкой, если все население Ехо принимает тебя за какого-то запредельного дохлого монстра? Все-таки поучительная беседа с капитаном Шихолой оставила неизгладимый след на нежной поверхности моей смешной души.

Я услышал звонкий хлопок двери, быстрый перестук шагов в холле, и в дверях появилось изумительное создание природы, пингвинью округлость которого не скрывали даже тяжелые складки не по сезону теплого лоохи. Впрочем, из-под темно-синего тюрбана выглядывала весьма привлекательная физиономия.

«Неужели тоже поэт? – саркастически подумал я. – Ну-ну, посмотрим… Только поэта мне сейчас не хватало!»

– Служишь у сэра Макса, парень? – жизнерадостно спросил мой гость.

Грешные Магистры, он еще и картавил. Впрочем, получалось довольно обаятельно.