Тяжелый свет Куртейна (светлый). Зеленый. Том 3

Не часть этого мира, а внешняя сила, как любой из высших духов, приходивших сюда. Ты – наш по сути, как я уже говорила. Твой личный Порог давно уже пройден. Поэтому ты не в игре.

Стефан больше не счастливая щепка, скорее счастливая льдинка, так похолодело внутри. Но неизъяснимое море, в волнах которого он танцует, осталось на месте, никуда от него не ушло. «Ну трындец, – думает Стефан. – Без меня всё точно развалится, не перейдёт Порог. Без меня невозможное – невозможно. Я хозяин этого города, его сердце и сила, щит и опорный столб».

Одновременно он думает: «Глупости, ничего без меня не рухнет. Не надо делать из мухи слона. Я сейчас похож на свихнувшегося строителя, который боится, что стоит ему уехать из города, в тот же миг развалятся все построенные им дома».

Одновременно он думает: «Интересно, как наши без меня будут выкручиваться? Я бы это кино посмотрел! Они, конечно, потом всё расскажут, но я свои кадры знаю: половину фактов нечаянно перепутают, а другую нарочно, из любви к искусству наврут».

Одновременно он думает: «Ладно, чёрт с ними, пусть сочиняют, что захотят. Правду мне деревья расскажут. И реки, и травы. Мои фонари, тротуары, стены домов и земля».

Одновременно он думает: «А всё-таки свинство собачье, что нельзя позвонить из сентября ноль шестого в нормальный человеческий сегодняшний день, сказать Каре, чтобы Ханна-Лора временно выделила бюджет на зарплаты моим сотрудникам, Альгирдасу – что он с отпуском пока пролетает, потому что остаётся за старшего; ох, да много чего надо им всем сказать».

Одновременно он думает: «На самом деле, я же могу сбежать. Очень легко отменить этот давний сентябрьский день, и всё, что сегодня – тогда! – здесь случилось, потому что он изначально, сам по себе невозможен, достаточно просто перестать помогать ему быть. Ишидель мне мешать вряд ли станет. Высшие духи никогда не мешают проявлению воли. Можешь – значит имеешь право. Делай, и весь разговор».

Одновременно он думает: «Ишидель то ли нарочно недоговаривает, то ли это её воплощение по каким-то причинам само не ведает, что творит.

Дело же вовсе не в том, что я якобы весь такой из себя невшибенный и по воле самой Вселенной выведен из игры. А в том, что это и есть моя партия, моё испытание на Пороге – отойти в сторону и проверить, устоит ли без меня моими руками и волей созданный на границе обыденного и невозможного хрупкий, прекрасный, лишь отчасти сбывшийся мир.