Так берегись

Всё-таки удивительно, как вы оба прохлопали эти нововведения. Совершенно на вас не похоже. Совсем заработались, не бережёте себя.

– Хвала магистрам, он всё-таки врёт, – с явственным облегчением сказал Мелифаро Кекки. И, повернувшись ко мне, объяснил: – Попытка хорошая. Но специальные красные штаны – перебор.

– Ну так я их вставил из милосердия, – объяснил я. – Задача была вас насмешить, а не свести с ума.

– А идея сама по себе красивая, – мечтательно вздохнула Кекки. – Вот, например, при шиншийском дворе все друг другу пишут записки, правда обходятся без курьеров, сами приносят и деликатно подсовывают под дверь.

– И узнавать новости в лучшем случае через десять часов после того, как они утратили актуальность, – кивнул Мелифаро. – Красота! – И укоризненно сказал мне: – Шутки шутками, но вот так внезапно, без предупреждения ставить барьер от Безмолвной речи – грандиозное свинство с твоей стороны.

– Да не ставил я никаких барьеров, – неохотно признался я. – Просто разучился пользоваться Безмолвной речью. И рад бы, да не могу.

– Эта попытка гораздо хуже, – поморщился он. – Не хватает красных штанов. И непонятно, в каком месте смеяться.

– Ни в каком, – отрезал я. – Говорят, полностью утратить способность колдовать – дело житейское, с кем угодно может случиться. Но ничего особо смешного в этом, по-моему, нет.

– Вот же вурдалачья бездна! – ахнула Кекки.

А Мелифаро ничего не сказал, но судя по выражению лица, изо всех сил старался продолжать мне не верить. Получалось не очень, но сдаваться он не привык. Мне даже стало как-то неловко за своё трагическое выступление, и я поспешно добавил:

– Джуффин говорит, это всего на несколько дней развлечение. Надеюсь, он прав.

– Естественно прав! Уж он-то в таких вещах разбирается, – обрадовалась Кекки.

– Ну ты устроил! – неожиданно возмутился Мелифаро. – Это что, теперь придётся с утра до ночи тебе сострадать вместо того, чтобы привычно хотеть засветить в глаз?

– А в глаз-то зачем? – удивился я.

– Просто для равновесия. Чтобы не выглядел таким ослепительно лучезарным счастливчиком, – объяснил Мелифаро. – Иногда, знаешь, натурально смотреть невозможно. Нервы сдают.

В зеркало посмотрел бы, – мрачно подумал я.