Лабиринты Ехо. Том 1

– Судя по тому, как отвратительно я спал этой ночью, мы можем арестовать все население Ехо за злоупотребление недозволенной магией, – проворчал наконец Джуффин, сердито отхлебнув полкружки камры за один прием. – Куда мы их только сажать будем? В Холоми не так уж много свободных камер.

– Так скверно? – недоверчиво прищурился сэр Кофа.

– Хуже, чем скверно. Стоило мне задремать, как очередной сигнал о применении недозволенной магии заставлял меня подскакивать до потолка. Угораздило же меня уродиться столь чутким.

Сэр Кофа с отеческой снисходительностью взирал на его возмущение из глубины своего кресла. Дождавшись наконец тишины, Кофа соизволил пуститься в объяснения.

– Сочувствую вам, Джуффин. Но все не так уж занимательно. Скорее, печально.

– Еще бы не печально.

– Вы не хуже меня знаете, что старый сэр Фрахра совсем плох. Знахари тут бессильны – ему, как ни крути, больше тысячи лет. Не всякий колдун столько проживет, а Фрахра всего-то и был младшим послушником какого-то задрипанного Ордена; впрочем, и оттуда его быстро выперли. Пристроили ко Двору, тем дело и кончилось.

– Да, все это я знаю. Неужели старик решил попробовать продлить свою жизнь? Сомнительно что-то. Он мудрый человек и хорошо знает предел своих возможностей.

– Он, безусловно, очень мудрый человек. Достаточно мудрый, чтобы понимать, с чем в Мире надо как следует проститься перед уходом. При этом домочадцы и слуги его обожают. В том числе повар.

Взор Джуффина просветлел.

– Ну да, господин Шутта Вах, младший сын легендарного Вагатты Ваха, главного повара Двора Гурига VII. Того, что ушел в отставку после принятия Кодекса Хрембера.

– И правильно сделал. Старая кухня – есть старая кухня. Такой виртуоз, как Вагатта Вах… Что он стал бы делать на кухне без магии двадцатой-тридцатой ступени? Командовать поварятами? Да уж…

– А Шутта кое-чему научился от папеньки, насколько я знаю, – мечтательно протянул Джуффин.

– Естественно. Как вы понимаете, Шутта Вах за своего старого господина – в огонь и в воду. Ну, а немного нарушить закон, чтобы побаловать умирающего сэра Фрахру фирменным блюдом их семьи, – самое малое, что он мог сделать. Короче говоря, вчера ночью рождался пирог Чаккатта.