Отдай мое сердце

Это по нынешним временам как минимум шесть лет изгнания – если бы пострадавшая за нее не заступилась. Чудом пронесло.

– Я имею в виду, где ты научилась поднимать в воздух и передвигать такие тяжелые предметы, – сказал шеф. – Уважаемая леди Айни Тулорая, разумеется, не предмет, но в данном случае значение имеет только ее вес. Просто я прекрасно помню, что еще летом ты даже с пустыми тарелками не справлялась. И вдруг такой прогресс.

– В Школе Начальной Магии леди Шуманы Тамайхуни, – неохотно ответила Кенлех.

 – Я знаю, как вы все относитесь к подобным школам, но она правда очень хорошая. По крайней мере, для начинающих, вроде меня.

– А как мы все к этому относимся? – насторожился Джуффин.

Кенлех молча пожала плечами, но скривилась так выразительно, что даже до меня начало доходить.

– То есть, ты думала, если мы узнаем, что ты посещаешь школу магии для начинающих, то перестанем тебя уважать?

Кенлех почти беззвучно пробормотала: «Не знаю», – но прозвучало это как явное «да».

– А пока мы уверены, что ты ничему не учишься, наше уважение к тебе будет становиться все крепче, день ото дня? – самым сладким из своего дежурного набора ласковых голосов для устрашения особо опасных преступников осведомился шеф. – Хорошо же ты обо всех нас думаешь, леди Кенлех!

– Ну ты даешь, – наконец сказал Мелифаро, который все это время сидел с таким видом, словно ему на голову только что упал шкаф.

При этом Кенлех выглядела как этот самый рухнувший шкаф, снаружи более-менее целый, но даже думать не хочется, что творится внутри.

А сэр Джуффин Халли был похож на железный сейф, который пока только собирается упасть откуда-нибудь сверху и придавить всех разом. Но уже в деталях спланировал будущий полет и заранее им наслаждается.

В кабинете мучительно не хватало Шурфа с его советами насчет дыхательных упражнений, давным-давно всем осточертевшими, но сейчас своевременными, как никогда. Я бы сам с ними выступил, но заранее ясно, что никто не прислушается.

Не то у меня амплуа.

– Но ты сам смеялся… – начала было Кенлех.

– Да я надо всем на свете смеюсь! – перебил ее Мелифаро. – Это вообще ничего не значит, кроме того, что я люблю посмеяться. Я думал, ты знаешь, что мне можно доверять.

– Ну я и не собиралась всю жизнь скрывать от тебя, что хожу в эту грешную школу. Просто хотела сперва выучить побольше разных приемов, а уже потом рассказывать. Чтобы обойтись без ненужных споров. И чтобы сделать сюрприз.