Дар Шаванахолы

Он рухнул в кресло и налил себе камры, полдюжины кувшинов которой я каждый вечер предусмотрительно заказывал в «Обжоре Бунбе», чтобы не дать окопавшемуся на моей кухне Королевскому повару ни единого шанса нас всех отравить.

Некоторое время Мелифаро загадочно молчал. Тянул паузу, драматург хренов. Наконец, спросил:

– Ты Кофу сегодня днем видел?

Я кивнул. И уточнил:

– Вскоре после полудня.

– Наряд его оценил?

– Наряд как наряд, – хладнокровно откликнулся я. – Вроде все наемные няньки в подобных ходят.

Нет?

– Вот и пусть бы себе дальше ходили, – проворчал Мелифаро. – А нормальным людям погремушками обвешиваться – это ни в какие ворота.

– Ну так никто вроде и не обвешивается, – рассеянно отозвался я.

Несколько часов, проведенные за чтением мемуаров Гохиэммы Фиаульфмаха Дрёя, давали о себе знать. Сейчас я мог наизусть перечислить все тридцать восемь незнакомых мне прежде сортов Укумбийского бомборокки (из них в Ехо, как правило, попадает только довольно низкосортное пряное, да и то крайне редко, поскольку укумбийские пираты никогда не унижают себя честной торговлей).

Мог относительно грамотно обсудить отличительные особенности парусной оснастки укумбийской шикки, воспроизвести близко к тексту добрую дюжину специфических пиратских проклятий, назвать по именам все ветра Укумбийского моря и довольно много рассказать о характере каждого. А все остальные темы казались мне незаслуживающей внимания ерундой. Давно я так не втягивался в чтение.

Но Мелифаро твердо решил вернуть меня к реальности.

– Я тоже сперва думал, Кофа просто нянькой оделся. С него станется, он же по дюжине раз на дню внешность меняет. Но Джуффин говорит, он в таком виде из замка Рулх вернулся. Там уже добрая половина придворных одета подобным образом. Король зачем-то решил возродить моду конца эпохи правления Клакков, когда все ходили, увешавшись погремушками. Всегда знал, что у Его Величества очень своеобразное чувство юмора, но не подозревал, что до такой степени.

Я начал понимать, что произошло. Сэр Джуффин Халли, Почтеннейший начальник Малого Тайного Сыскного войска, мудрый государственный деятель, самый могущественный колдун нашего времени, гроза мятежных магистров, видный политик, незаурядный мыслитель и, теоретически, чертовски занятой человек, не погнушался вероломно слямзить мою идею дурацкого розыгрыша. И, кстати, правильно сделал. Мне бы Мелифаро вряд ли поверил, а шеф, похоже, был чрезвычайно убедителен.