Дар Шаванахолы

– Но я с удовольствием! – воскликнул призрак. – Конечно, нет лучшего способа коротать досуг, чем чтение. Однако даже самому увлеченному читателю время от времени следует делать перерыв, чтобы побеседовать с другими людьми. Особенно в моем положении. Нет ничего более полезного и поучительного для призрака, чем регулярные беседы с живыми. Помогает не утрачивать представление о реальности, которое, в свою очередь, совершенно необходимо для адекватного восприятия литературы.

– Особенно, если учесть, что за книжки тут остались, – проворчал я.

 – Не хотел бы я оказаться частью реальности, представление о которой они формируют! Впрочем, возможно, вы думаете иначе? Тогда прошу прощения за столь пренебрежительный отзыв.

– Кстати, вы так и не ответили на вопрос, что именно вас интересует, – напомнил Гюлли Ультеой. – Вдруг я смогу помочь. Все-таки я библиотекарь.

Но мне пока было не до чтения.

– Сперва расскажите, почему вы не перебрались в новое здание? Туда же почти все книги перевезли.

Возможно, я чего-то не понимаю, а все-таки мне кажется, что в Мохнатом Доме оставили только старый хлам… Нет?

– Что касается зримой части библиотеки, – важно сказал призрак, – вы, конечно, отчасти правы. По крайней мере, я могу понять, почему вы пришли к такому выводу. Издания, по большей части, не слишком ценные, собрание выглядит бессистемным… Я бы даже сказал, хаотическим, хотя, на мой взгляд, это все же слишком резкое выражение, такими я стараюсь не злоупотреблять.

Надо же, какой деликатный.

– Но зримая часть библиотеки не моя забота, – продолжил он. – Какое мне дело, куда и зачем ее перевезли, когда вся Незримая Библиотека по-прежнему тут.

– Незримая Библиотека?

– Совершенно верно. Когда-то Мохнатый Дом стали использовать как книгохранилище именно ради ее появления. В старину умели пользоваться наследием великих предков. Никогда не думал, что доживу до времен, когда торжествующее невежество возьмет управление ходом вещей в свои руки, и книги будут вывезены из единственного здания в столице, где им гарантирована вечная жизнь… Я, впрочем, и не дожил.

Что, к сожалению, не лишило меня возможности при этом присутствовать.

– Похоже, я – истинное дитя эпохи торжествующего невежества, – мрачно сказал я. – Впрочем, мне оно более-менее простительно, все-таки я иностранец. Поэтому не знаю, что такое «Незримая Библиотека».