Третье зеркало

Столы были завалены бумагами, чем-то похожим на карты и еще черт знает чем. У многих на поясе за спиной висела кобура. Все это напоминало полицейский участок: суматоха, оружие, бумажная волокита. Он уже видел такое после одной веселой вечеринки, когда ему с друзьями пришлось провести ночь в камере. Они поднялись на второй этаж, оттуда лучше был виден людской муравейник. Зашли в комнату, где их ждал Харниш.

– Ну привет! Слышал я, что ты чуть кони не двинул, – сказал Харниш. – Ну ничего, бывает, мы тут все под смертью ходим: хоть на войне, хоть в мирное время.

Жизнь так устроена. – Он улыбался.

«Философ-шутник», – подумал Генри.

– Дэвид, Крон тебя искал. Нужна твоя помощь, сейчас наших привезут. Там что-то случилось.

Дэвид кивнул и ушел.

– Садись, будем говорить.

У Харниша был необычный, незнакомый акцент. Сам не понимая почему, Генри не испытывал страха. Наоборот, он чувствовал, что находится в полной безопасности. Невозмутимость, как казалось ему, происходила от безысходности его положения.

– У тебя наверняка много вопросов, хотя тебе многое уже известно.

– Как вы можете доказать то, что говорите?

– Доказать не составит труда, а вот объяснить будет сложнее. – Харниш задумался. – Значит, доказательств хочешь. Ну тогда пойдем на крышу, я тебе докажу. Если, конечно, ты обещаешь не создавать нам проблем. Иначе я быстро тебя оттуда скину.

Генри покачал головой. Через десять минут они поднимались к выходу на крышу. Здание, в котором они находились, было пятиэтажным.

Выйдя на крышу, они оказались под пасмурным небом, свежий влажный воздух ударил по ноздрям. Ноги подкосились, Генри чуть не упал.

Такого он ни разу не испытывал. Воздух был другим, совершено другим. Другой вкус, другой запах, другое чувство свободы. Все другое. Эйфория смешалась с паникой, все кружилось вокруг. Кружилось вокруг него! Генри видел город как на ладони, видел все его очертания, его величие и ничтожность. Это не был тот Лондон, где он жил. Это был другой город. Где тот же Тауэрский мост, но другой.

Тот же Биг-Бен, но другой. Те же крыши домов, но другие. Все, что он видел, было другим. Генри испытывал давление окружающего, чувствовал чей-то взгляд на себе, словно бы само окружающее следило за одним им.

– Что скажешь? – поинтересовался Харниш, стоявший сзади Генри.

– Этого не может быть! Это невозможно! – воскликнул Генри.

Он обернулся и заметил, что рука Харниша легла на кобуру, но решил проигнорировать этот жест.