Зажги мой огонь

“Да ты гомофоб! – сообщил внутренний голос, – признайся, что тебе понравилось, и тебе самому станет легче”.

“Иди-ка ты”, – так же мысленно ответил ему Билли. Гомофобом он не был, но предпочитал женщин в любых ситуациях.

Доктор нажал на что-то на руке, и та невольно дернулась и сжалась. Прозревший к тому времени Билли уставился на доктора. Тот на секунду прекратил манипуляции, и посмотрел прямо в глаза пациенту:

– Прек-рас-но! Просто чудесно. Нервы работают так как нужно, даже несмотря на потенциальную травму, которую Вы, мой дорогой друг, должны были получить.

– Можно попить? – выдавил из себя Морган.

– Да-да, разумеется, но!.. – доктор поднял вверх указательный палец, – совсем немного. Вы у нас несколько дней пролежали, так что пищевод мог и отвыкнуть от привычного приема вкусного и полезного.

Он повернулся к медсестре, и тем же ласково-поучительным тоном произнес:

– Аника, голубушка, будьте добры, принесите мистеру Моргану сто миллилитров воды, – он повернулся к Билли, – Вы сможете пить из стаканчика самостоятельно, как считаете?

Билли кивнул.

– Голубушка, в обычном стаканчике, пожалуйста!

Аника грациозно исчезла за дверью, и через миг вернулась назад, неся одноразовый стаканчик, заполненный до середины. Как будто за дверью стоял дозатор, отмеряющий в миллилитрах.

“Полупустой стакан, – констатировал внутренний голос, – или полу-полный. Тебе как больше нравится?”

“Мне нравится пить”, – ответил Билли мысленно.

Он протянул руку, чтобы взять стакан, и вдруг понял, что это будет не так просто. Рука, отпущенная в “свободное плавание” подальше от тела, начала “гулять” по воздуху и ощутимо трястись. Доктор Майлер внимательно наблюдал за дальнейшими действиями своего пациента.

Билли, как мастер Йода в старом фильме, закрыл глаза и вытянул руку вперед. Ему требовалось колоссальное усилие, чтобы унять разыгравшийся тремор. Когда он открыл глаза, рука была вполне твердой. Он взял протянутый стаканчик и также аккуратно и сосредоточенно поднес его к губам.

– Замечательно, – сказал доктор, – я не вижу никаких причин для беспокойства.

– Долго я был в отключке? – спросил Билли.

– Четыре дня и семнадцать часов, – ответил Майлер, – если хотите, могу даже минуты назвать.