Сорок первый

Простота ответа заставила Егора смутиться и пожалеть о том, что он вышел из себя. Посмотрев на часы, он вспомнил, что они не работают и растерянно уточнил:

– Вы через Александровку?

– Конечно, – легко ответил водитель. – И через нее тоже.

– Через Верхнюю или Нижнюю?

– А через любую.

Егор Степанович задумался на миг. Если сто восемьдесят пятый не смог где-то проехать, он все равно должен вернуться в конечную точку – поселок, где сейчас живет Егор, где его ждет Юля. Возможно, сто восемьдесят пятый, как и этот сорок первый, двинется в обход проблемного участка дороги и выйдет через Александровку на привычный маршрут.

Егор Степанович поднялся в сорок первый. Бросил взгляд в салон. Помимо него еще двое пассажиров: скрюченная дремлющая старушка с лукошком и мужчина с бритой головой и в дорогом костюме.

– Ну и туманище! – возмутился водитель автобуса, переключив несколько рычагов. – В такой заблудиться – раз плюнуть.

Двери закрылись, автобус тронулся, озаряя туман перед собой теплым оранжевым светом фар.

– Сколько до Александровки? – спросил Егор, выуживая замерзшими пальцами ледяную мелочь со дна кармана.

– Да садись уже, – тоскливо ответил водитель.

Монеты недолго звенели в дрожащей руке пассажира и вернулись в карман.

Пожав плечами, Егор прошел в салон. Скрюченная старушка, встрепенувшись, испуганным взглядом оглядела его и, не найдя никаких признаков опасности, поправив покрывало на своем лукошке, снова быстро задремала. Бритоголовый мужчина в дорогом костюме сидел, вытянувшись по струнке. Его не моргающие глаза навыкате смотрели ровно перед собой. Мужчина показался Егору Степановичу знакомым, но в этом не было ничего удивительного. Еще не так давно, до того, как Любе рекомендовали покой и отдых и они переехали сюда, он сам носил костюмы ничуть не хуже этого и за день встречался с десятками людей, одетых в такие же дорогие костюмы.

Интересно, что забыл в нашей глуши этот человек?

Проходя мимо, Егор ощутил слабое бормотание на кончиках его губ. Видимо, поездки на общественном транспорте для него сплошной стресс.

«Ну, не у всех есть свой собственный велосипед!» – обрадовался про себя Егор Степанович, располагаясь на последнем ряде сидений.