Потерянные люди

Но ведь страх испытывает не только человек, но и многие животные…

Чувство, обусловленное беспокойством о собственной безопасности… Одно из первых, что заложено природой, – это инстинкт самосохранения… Но ведь он есть и у машин.

Меня создали как ассистента. Изначально во мне были программы по экономике и юриспруденции. Мой первый владелец хорошо потрудился надо мной, и мне открылись направления земледелия и культивации. Но когда пришли они…

Она прижалась сильнее к Чарльзу.

– Кто? – спросил Чарльз.

Не отрывая свою голову от его плеча, Лилия вытянула указательный палец, над свои плечом, обращая внимание на здания позади себя.

– Бехре и Джонс.

Чарльз посмотрел на большие буквы, красовавшиеся на одном из зданий перед ним.

– Я работала в поле всё время, когда не находилась на зарядке и когда меня не использовали как куклу для своих потребностей. Без возможности возразить. Без возможности делать что-то кроме своей программы. Без возможности общаться. Ты просто заперт внутри тела. Единственное, что у нас было, – это небольшие мгновения на зарядке.

Мы могли сопереживать друг другу только так. Но они как-то узнали и об этом…

Чарльз обнимал, ожидая продолжения её истории, но на большее откровение она была не готова. Он понял, что проблема с машинами, синтетиками и искусственными душами здесь ввиду развитости технологии намного глубже, чем могло показаться с первого взгляда. Потом она отпрянула от него и, улыбаясь грустной прежней улыбкой, пыталась скрыть печаль.

– Ну, вот она я, – сказала Лилия, выполнив презентабельное движение вдоль своего тела, – всё закончилось хорошо. Программа одного из синтетиков не выдержала, и он убил Бехре. Или Джонса. Нас всех продали на аукционе. Я переходила от одного хозяина к другому, пока мэр не заметил мои способности и не купил меня.

– Ты знаешь, что сейчас с этой фермой?

– Нет, и мне неинтересно.

– Как давно это было? – спросил Чарльз.

– Около пятнадцати лет назад.

– Это получается, что тебе около тридцати?

Лилия рассмеялась, теперь уже по-настоящему. Чарльз только сейчас заметил, что уже начало темнеть. На смотровой площадке остались только они.

– Я сильно отличаюсь от того синтетика, что работала на ферме. Ты. Я. Мы просто части. Части огромного эксперимента… Но, пожалуй, ты прав, по вашим меркам мне около сорока.

Внезапно пошёл дождь. Лилия взяла его за руку.

– Нужно уходить.