Потерянные люди

Дурацкий детский смех всегда передавал всем вокруг её позитивный настрой, но Дэй и Элизабет знали, что это напускная радость.

– Как ты смеешь! Мне до климакса, как тебе до полового созревания, – выпустив показную обиду, смеялась Элизабет. – Когда сиськи-то вырастут?

– Лучше уж так, чем ходить с имплантатами как у тебя, – сказала Кин, потрогав себя за грудь. – Дэй! Тебе чьи больше нравятся?

– Э-э… – неловко затянул Дэй, начиная краснеть оттого, что встретился глазами с Элизабет, после того как скользнул взглядом по её груди.

– Здравствуйте! Приятно познакомиться! Я Дэй! – он вмешался в их перепалку и улыбаясь, протянул руку Элизабет.

Несмотря на разницу в возрасте и манеру разговора, Дэй видел, что между ними были хорошие приятельские отношения. Он был приятно удивлён, что кто-то кроме него способен общаться с Кин, пусть даже в такой странной манере. Ему стало тепло от мысли, что у Кин есть кто-то ещё.

Элизабет, посмотрев на Кин, не пытаясь скрыться от Дэя, подавала ей сигналы, призывая следовать этикету.

– Дэ-эй, познакомься! Это Элизабет, – Кин вытянула обе руки в её направлении. – Мы… Ну, типа, из одного университета…

– Я была её преподавателем, – Элизабет, улыбаясь, пожала руку Дэя.

– Это ещё вопрос, кто кого чему научил, – пробубнила себе под нос Кин.

– Кин рассказывала, как вы спасли ей жизнь, – Дэй схватил её руку обеими своими и начал усиленно трясти.

– Эли, это Дэй. Он, типа, живёт недалеко, и мы вроде дружили в детстве.

– Никогда о вас не слышала, – ответила Элизабет. – Но такая уж наша Кин.

Дэй улыбнулся и ответил кивком.

– А ты чё на колёсах? – Кин снова ударила ногой по ближайшем колесу кресла-каталки и, изображая голос старушки, продолжила: – Бедро болит, когда идёт дождь.

– Я повредила лодыжку, когда спасала твою неблагодарную жизнь, – игнорируя нападки, ответила Элизабет.

– Спасала твою жизнь, – передразнивая ответила ей Кин и, показав язык, продолжила деловито: – Что надо? Зачем пришла? Спасибо, что спасла, но денег не дам.

– Я пришла за тобой. Собирайся. Мы едем на бал.

– Ты чё, рехнулась?! Какой бал?! – грубо ответила Кин, разрушив дружескую атмосферу.

– У мэра приём в пирамиде. Нас наградят. Ты понимаешь, что это значит?

Кин упала на колени перед Элизабет и, изображая заплаканный голос, разрыдалась.