Проект особого значения

– А кому еще придет в голову пытаться саботировать эксперимент? – задал встречный вопрос уже Михаил. – Давно с Ветровым не общалась?

– Не ученый, а человек-презерватив, – зашипел разъяренный Лекс. – Чтоб ему икнулось после стакана касторки натощак!

– А вы опасны в качестве врага, – со спины к расстроенным новаторам, сумрачно взирающим в чашку Петри, подошел штатный гений, заставив всех вздрогнуть. – Сроки поджимают, но пока вполне позволяют продолжить эксперимент. Давайте закажем среды в другой организации.

– Или сами сделаем! – преисполнилась экспериментаторского рвения Саша.

– Или сами, – согласился Тайвин. – Но давайте тогда и микробиолога найдем, он потребуется.

– Нет, – испугался Санников очередного раздвоения себя и жалобно посмотрел на Сашу в поисках поддержки. – Можно я лучше тут поработаю?

– Можно, – ответил за нее гений, пока Саша смотрела на эпигенетика со сложным выражением лица – то ли поддержать, то ли нет. А Лекс смотрел на нее в ответ и недоумевал – и как это он раньше не замечал, какой у нее красивый цвет глаз, наподобие каштана, светло-карий с узорчатыми переливами.

И немного курносый нос со смешной родинкой на правом крыле. И трогательный хвостик коротеньких русых волос…

2

Лекс поймал штатного гения в коридоре и с очень встревоженным выражением лица начал спрашивать:

– Тайвин, вы уже получили письмо…

– Вы хотели сказать, донос? – сверкнул тот на него поверх очков предгрозовой серостью взгляда. – Получил.

– Я… Вы… Короче, – собрался Лекс с духом и мыслями.

 – Отсутствие у Александры в дипломе строчки про специализацию в области биомиметрики не умаляет ее права заниматься проектированием купола!

– Мы, конечно, не евгеникой занимаемся, – медленно ответил гений, – но вы же понимаете, что небезызвестная нам личность рассылает письмо о научной безграмотности нашего специалиста по всем значимым инстанциям? Я не говорю сейчас про неприятности для Программы, это маловероятно, я говорю сейчас про репутацию самой Александры.

Насколько ей будет комфортно чувствовать себя профаном-самоучкой? Учитывая, что в письме довольно убедительно приведены доказательства ее некомпетентности?

Лекс побагровел, припомнив недавний случай с пептонными средами.

– Вы же понимаете…

– Я-то понимаю, – перебил его гений. – Но если письмо получит руководство?

Лекс сдулся и горестно вздохнул.

– Повесьте все на меня. Я переживу. И уйти могу, если надо будет.