Глазами убийцы

Женщина, как и большинство людей, не подняв голову, поблагодарила и вошла с ребенком во внутрь, и направились к лифтовой. Мужчина шел следом и слегка прихрамывал.

«Дзын» сообщил о том, что лифт прибыл, и двери лифта приветливо отворились, заиграла легкая музыка.

– Вы позволите, я с вами?– стоя позади, сказал все тот же мужчина, который помог с дверью.

– Конечно.

Войдя в лифт, мужчина спросил:

– Вам какой?

– Седьмой, пожалуйста!

Ребенок стоял прямо у рекламного плаката, который был наклеен в лифте "Сделай правильный выбор: Новый Губернатор…" с фото избираемого.

Снова «дзын». Девушка с ребенком вышли и направились к двери. Девушка заметила, как на лестнице мелькнула тень, но никого не видела. Немного стало внутри почему-то неуютно, и она сунула ключ в дверь своей квартиры, не отводя глаз с лестницы, ведущей наверх на пролет.

Звук ключа в замочную скважину показался таким громким, и этот запах тухлых яиц, взявшийся из неоткуда, въедался в ноздри.

Там позади все еще дверь лифта не закрывалась, но женщина каким-то шестым чувством понимала, что помощи ждать не откуда… ну вот наконец дверь поддалась, на пролете выше никого. Женщина быстрым движением направила сына во внутрь…

Сильный удар в спину заставил женщину влететь во внутрь квартиры. Удар был такой силы, что женщина потеряла сознание. Мальчик испугано смотрел на того, кто так вежливо придержал дверь при входе в дом и ехал с ними в лифте, сейчас он не был таким любезным…

На шум из комнаты вышел мужчина – отец мальчика он же муж женщины.

Тот, кто вонзал нож мужчине в грудь и живот снова и снова, что-то шепнул умирающему на ухо.

Затем убийца направился к очнувшейся женщине.

Ноги женщины стали ватными, она как могла, спешила к сыну, подползая к нему.

– Беги!– едва заметно произнесла мать.

Но у входа появился еще один силуэт, все же там, на лестнице кто-то был, ей не показалось – подумала она.

Тем временем убийца, расправившийся с отцом семейства, спокойно подошел к обессиленной женщине и ударил несколько раз ножом в спину. Он убивал мать на глазах ребенка, удар за ударом. Затем еще и еще.

Пацан же тихо стоял и плакал, его глаза заполнили слезы боли. Он еще очень мал и многое не понимает в жизни, но то, что его родители умирали, он понимал.

Затем он направился к двери, где стоял ребенок.